Ну, теперь-то точно пора домой. Горящий дом превратился в кучу мерцающих углей и огненных искр. Какая-то старуха стала вопить насчет того, что надо выволочь Рэйчел Ховарт из тюрьмы и обезглавить на площади топором, омоченным в крови ягненка. Мэтью видел, как Бидвелл уставился в угасающее пламя, плечи его поникли, и хозяин Фаунт-Рояла воистину, казалось, утратил почву под ногами.
Пробираясь к особняку, Мэтью внимательно смотрел вниз, на дорогу. Еще он поглядывал и назад, проверяя, не следит ли за ним Сет Хейзелтон.
Вернувшись, он увидел не один фонарь, горящий в гостиной, и миссис Неттльз, ухаживающую за магистратом. Вудворд сидел в самом удобном кресле, запрокинув голову и закрыв глаза, на лбу его лежал компресс. Мэтью сразу заключил, что произошло какое-то серьезное событие.
— Что случилось?
Глаза Вудворда тут же открылись.
— Мэтью, на меня напали! — сказал он с силой, хотя голос его звучал сдавленно и слабо. — Напал человек, которого я принял за тебя!
— Приняли за меня?
— Кто-то был у вас в комнате. — Миссис Неттльз сняла компресс с головы Вудворда и снова смочила его в миске с водой. — Магистрат услышал, как он запирает вашу дверь.
— У меня в комнате? — Мэтью сам слышал полное недоумение в собственном голосе, что полностью соответствовало его состоянию. — Кто это был?
Вудворд покачал головой. Миссис Неттльз сменила мокрый компресс.
— Не видел его лица, — сказал Вудворд. — Все произошло очень быстро. Он выбил у меня из руки фонарь и чуть не сломал мне плечо. Я услышал, как он бежит по лестнице, и потом… его уже не было.
— Это случилось недавно?
— Минут двадцать самое большее, — сказала миссис Неттльз. — Я только вернулась с пожара и услышала, как он кричит: «Воры!»
— Вы хотите сказать, что этот человек что-то украл?
— Не знаю. — Вудворд поднял руку и прижал компресс ко лбу. — Просто ничего другого мне в тот момент в голову не пришло — кроме того, что это вор, шарящий в твоей комнате.
— Ну, тогда он наверняка был разочарован. Все, что у меня есть, — заемное. — И тут его стукнуло как мушкетной пулей. — Кроме одной вещи.
Он подхватил фонарь и поспешил вверх по лестнице. В комнате был полный порядок, никаких следов незваного гостя. Кроме одного — как Мэтью и подозревал.
Перед тем, как лечь спать, он положил монету на комод. Сейчас монеты не было, и Мэтью сомневался, чтобы ее удалось найти в этой комнате.
Действительно, вор, подумал Мэтью. Минуту он потратил на поиски золотого отблеска на полу, но его там не было.
— Проклятие! — тихо выругался он.
— Что-нибудь пропало? — спросила миссис Неттльз, когда Мэтью вернулся в гостиную.
— Да. Моя золотая монета.
— Боже мой! У мистера Бидвелла лежат монеты в ящике возле кровати! Я должна пойти посмотреть, не украли ли их тоже!
Она взяла лампу и понеслась вверх по лестнице с такой скоростью, какой Мэтью никогда бы не мог у нее предположить.
Он встал рядом с креслом магистрата. У Вудворда лицо было мучнистого цвета, и дышал он очень тяжело.
— Вы очень плохо выглядите, — сказал Мэтью.
— А как можно выглядеть после такой встречи? Гуд пошел за ромом. Сейчас мне станет лучше.
— Дело не только в этой встрече. Меня беспокоит ваше здоровье.
Вудворд закрыл глаза, запрокинул голову.
— На меня действует погода. Я же тебе говорил, воздух боло…
— Нет, сэр, — перебил Мэтью. — Болотный воздух к этому имеет очень малое отношение. Я пошлю кого-нибудь из слуг за доктором Шилдсом.
— Нет, нет и нет! — Вудворд отмахнулся от этого предложения ладонью, как от докучливой мухи. — У меня есть работа, и я намереваюсь ее исполнить!
— Вы сможете ее исполнить. Но доктор Шилдс должен быть поставлен в известность о вашем состоянии. Может быть, он выпишет вам лекарство.
— Сэр?
Это был Гуд, принесший поднос, на котором стояла кружка с вест-индским лекарством. Вудворд взял ее и сделал два глотка, отчего в горле появилось ощущение, будто по нему прошлись бритвой.
Вернулась миссис Неттльз.
— Все на месте. По крайней мере ящик с монетами не тронули. Наверное, вы его спугнули, и он не успел добраться до комнаты мистера Бидвелла.
— Вероятно, кто-то решил… из-за привлечения внимания к пожару… что сможет спокойно пограбить.
Вудворд осмелился еще на один глоток. Боль была резкая, но терпимая.
— Наверняка есть люди, завидующие мистеру Бидвеллу.
— Был у вора фонарь? — спросил Мэтью у магистрата.
— Нет. Я тебе говорил… он выбил фонарь из моей руки. Весьма сильным ударом.
Гуд, который стоял за креслом Вудворда, неожиданно высказался:
— Мне кажется, это был человек, который знает дом. — Все взгляды устремились на него. — Я в смысле… кто это был… он должен был знать дорогу вверх и вниз по лестнице так, чтобы пройти ее в темноте. Тут нет перил, чтобы держаться, и можно шею сломать, если оступиться.
— И вы слышали, как этот человек
— Да. Определенно.
— Если позволено будет поинтересоваться, сэр… ничего не украдено? — спросил Гуд у Мэтью.
— Только одна вещь, по крайней мере — из моей комнаты. Испанская золотая монета.
