– Сразу после того, как я переговорю с астрологом и он назовет наиболее благоприятную дату, – отвечал Пол.
Кристина остановила на нем полный благодарности взгляд. Пол хитро сощурил глаза.
– Вы верите в китайскую астрологию? – удивилась У Цзе.
– Иногда, – улыбнулся Пол. – Просто я решил, что это не повредит.
Мать рассмеялась. Это был прагматизм как раз в ее духе. «У нас, китайцев, – говорила она, – в ходу сразу четыре религии: конфуцианство, даосизм, буддизм и прагматизм. Последняя – самая распространенная».
– Чем занимаются ваши родители? – спросила У Цзе.
– К сожалению, они умерли.
– И как часто вы навещаете их могилы?
– Их могилы очень далеко, в Нью‑Йорке, – вздохнул Пол. – Разумеется, здесь у меня есть небольшой домашний алтарь, на который я каждый день кладу свежий банан и яблоко – их любимые фрукты. А по утрам зажигаю курительные свечи.
– Это хорошо, – довольно закивала У Цзе. – Надеюсь, вы жили с ними в согласии?
– Я любил их.
– У вас есть братья и сестры?
– Нет, никого.
– А племянники? Кузены? – (Пол покачал головой.) – Дяди? Тети? – Она уставилась на него в недоумении.
– Нет, к моему большому сожалению.
Кристина отчаянно заморгала. Одиночка без семьи – что может быть хуже с точки зрения ее матери? За что судьба так наказала Пола Лейбовица? Ничто не могло вселить в душу У Цзе более страшные подозрения. Другой вариант – жалость, – пожалуй, даже худший. Кристина вглядывалась в лицо матери, но оно оставалось непроницаемым.
– Вы играете в маджонг? – вдруг спросила У Цзе.
– Охотно. Хотя и не очень хорошо.
В этот момент официантка принесла рыбу. У Цзе наполнила тарелку Пола и только потом свою и тут же проглотила первый кусочек, демонстрируя наслаждение громким чавканьем, а кости выплюнула на тарелку. Два официанта поставили на стол блюда с куриными ножками, тофу и овощами. Глаза матери разгорелись.
Кристина поняла, что главное уже сказано. Мать ловкими движениями набрала в тарелку еды и довольно захрустела куриной косточкой. Какими бы глупыми ни были ее вопросы, Кристина любила мать и питала к ней искреннее уважение. И совсем не была уверена, что Пол когда‑нибудь сможет понять ее чувства. Кристина помнила, чем обязана этой малосимпатичной чавкающей старухе – жизнью. И даже не один раз. Во‑первых, когда та родила ее. Во‑вторых, когда протащила через границу. Это за ее плечи цеплялась Кристина, когда тонула в море. А потом эта старуха надрывалась на фабрике, в кровь стирая пальцы, чтобы Кристина могла учиться в хорошей школе. И даже учебу в Ванкувере Кристина оплачивала из ее скромных сбережений.
Поэтому Кристина считала невозможным переезд на Ламму без мамы. Долг дочери не позволял оставить У Цзе одну в Ханхау, пусть даже ради ребенка и мужа. От Пола Кристина ждала только понимания.
А мать? Один из немногих любимых ею китайских афоризмов гласил: «Одни ловят рыбу, другие только мутят воду». И к какому именно из двух типов относится тот или иной человек, видно только по его делам. Чтобы это понять, требуется время.
По поведению матери в ресторане Кристина поняла, что та решила предоставить Полу Лейбовицу шанс.
Так звучало предсказание астролога. Три незамысловатые фразы, которым Пол упорно не желал верить. Что могут знать о нас звезды? Первое пророчество уже сбылось. Полу хотелось крикнуть: «Ну и что?!» – но слова мастера Вона крепко засели у него в голове. О чем бы ни думал Пол, мысли неизбежно ускользали в направлении пророчества. Он подарил человеку жизнь. Следует ли из этого, что у кого‑то он жизнь отнимет? Но у кого и каким образом? Несчастный случай исключался. Насколько это неизбежно? И что означает в таком случае третья фраза? Вы жизнь потеряете. Свою? Конечно, чью еще жизнь можно потерять. Ребенка? Кристины? Объясниться астролог не пожелал.
Пол не мог усидеть на месте. Он подошел к борту парома и стал любоваться игрой солнечного света на серой воде. За дверями машинного отделения тяжело ухал дизельный мотор. Трое подростков в школьной форме пялились каждый в свои «геймбой». У противоположного борта Пол увидел продавца из мясной лавки на Ламме, у ног которого стояла тачка с мороженой свининой. Тот приветливо кивнул Полу.
«В вашей жизни появится человек, но он не переживет этот год» – так сказал астролог Кристине. Что, если он имел в виду не его, а сына?.. Пол рассмеялся про себя. Что за чушь? С каких пор он стал таким суеверным? Собственные мысли на эту тему казались ему глупыми и оскорбительными. Он ни за что не решился бы высказать их вслух. Тем не менее они тревожили его. Пол сам не понимал, что с ним происходит. Неужели всему виной первое сбывшееся предсказание? Следует ли из этого, что и двум оставшимся надо поверить? «Чушь! – думал Пол. – Идиотизм! Нашел чем забивать голову!»
