Голос Тиведанского леса (СИ) полностью

  По заледенелой дороге звонко простучали копыта, громко всхрапнула лошадь, и спустя несколько мгновений вечернюю тишину разорвал сильный стук в ворота. Кеттиль Свенсон - хозяин единственного постоялого двора Хьюхельма - удивленно приподнял брови: до праздника Йоль оставался еще почти месяц, и эти дни для их небольшого торгового городка, притулившегося на западном берегу озера Веттерн, по обыкновению были самыми глухими в году. Ведь мало кто рискует отправляться в путь, пока господствует осенняя распутица и пока студеное дыхание Йотунхейма не проложит крепкие ледяные дороги через водную гладь озера. Но в отличие от прошлых лет, когда целыми неделями его постоялый двор не видал в эту пору никого постороннего, теперешние гости были уже третьими по счету за два дня. Впрочем, удивление ничуть не помешало хозяину повелительным жестом отправить встречать приезжих младшего сына Бьерна и Стейна-конюха, лучше всех в усадьбе способных позаботиться об усталых лошадях. А самому поспешить к столу, где расположилась довольно шумная компания, уже начавшая выражать нетерпение из-за задержки ужина.

   Спустя некоторое время входная дверь скрипнула, впуская новоприбывших.

  - Мир тебе, Кеттиль-бонд, и да пошлет Господь благополучия твоему дому и всем чадам и домочадцам! - переступивший порог старый священник поднял руку в благословляющем жесте.- Мир и вам, добрые люди!

  - С приездом, отец Римберт! - обитатели усадьбы с искренней радостью окружили настоятеля варнхемской церкви, щедрость души, милосердие и благочестие которого были широко известны по всей округе.

  Сам хозяин поспешил к вошедшему и, облобызав сухую старческую ладонь, помог снять промокший, в ошметках сырого снега плащ, который девчонка-прислужница немедля утащила чистить и сушить. Кеттиль же, быстро скинув собственную меховую безрукавку, набросил ее на плечи гостя и повел того к почетному месту возле очага.

  - Ты запамятовала про нынешний пост, йомфру,- мягко упрекнул священник юную хозяйскую дочь, поднесшую было ему кубок с хмельным медовым напитком, как полагалось по древнему обычаю встречи знатных гостей. И прибавил, не желая обидеть смутившуюся чуть ли не до слез девушку:- Вполне достаточно будет простой воды...

  - Прости, святой отец, мы совсем забыли про запрет на хмельное! Гудрун,- хозяин грузно повернулся к дочери,- беги налей в кубок брусничного отвара, положи сотового меда и быстро подогрей на очаге. Да не забудь добавить корицы с имбирем.

  - Чуть-чуть, на кончике ножа, будет в самый раз, - отец Римберт опустился в предложенное кресло, подождал, пока Кеттиль закончит давать распоряжения насчет постных блюд для вновь прибывших (двое церковных служек уже разместились на нижних столах среди многочисленной челяди), и перевел взгляд на сидевших за отдельным столом мужчин, явно воинского обличия.- И до вас, значит, дошла ратная стрела?

  - Дошла. Вчера в полдень гонец проезжал, рассказал про смерть Рагнвальда-конунга. Поведал также о срочном тинге, что собирает хранитель законов Карл из Эдсвэры, и об угрозе нападения Сигурда Норвежского. Слухи ходят, что сейчас воинов у того втрое больше, чем во время последнего похода в Смолланд две зимы назад.

  - Только эти люди,- бонд поколебался немного, говорить ли, затем склонился к настоятелю и перешел почти на шепот,- едут не на тинг, а в противоположную сторону, на полночь. Подозреваю, что они поклоняются Старым Богам, а потому будь с ними поосторожнее, отче!

  - Ничего, - беспечно отмахнулся тот,- Господь не оставит своего смиренного служителя. Кстати, Рунольв-камнетёс... Спасибо, милая,- Римберт принял из рук смущенно потупившейся девушки чашу горячего ароматного напитка, сделал большой глоток и, одобрительно кивнув, продолжил:- Так вот, Рунольв-камнетёс уже закончил свою работу, выбив, как и договаривались: "Кеттиль воздвиг этот камень в память своей жены Каты, сестры Торгиля"

  - Вот уж не ожидал, что так быстро управится, думал, только после праздника,- тут хозяин запнулся, внезапно сообразив, что негоже при христианском священнике упоминать языческий Йоль,- ну, после рождества, то есть... Ведь и поминальную службу надо...

  - Ничего-ничего, управляйся со всеми торговыми делами. Как приедешь, так и отслужу молебен,- отец Римберт, вполне понимая нежелание хозяина отлучаться на время праздничного торга, добродушно усмехнулся и перевел взгляд на незнакомца, сидящего во главе соседнего стола и напряженно вслушивающегося в их разговор, в то время когда все остальные его спутники жадно поглощали обильный ужин.- Ты что-то хотел спросить, сын мой? Кто ты и по каким делам странствуешь?

  Приезжий, под мирным одеянием которого Кеттиль легко угадал опытного воина, чей возраст выдавала только обильная седина в бороде, встал и, подойдя вплотную к хозяйскому столу, приветствовал священника: