Фрост выждал, когда пройдет эта вспышка, и вернул разговор к реальности.
– У нас против него ничего нет, ведь так?
Хайден откинулся на спинку, и кресло жалобно застонало.
– Пока нет.
– Нам известно, где он?
– Нет, мы так его и не засекли. Мне звонил его брат. Фил Каттер. Такой услужливый кусок дерьма. Сказал, что слышал об убийстве. Он боится, что мы можем прийти к неверному выводу, поэтому хочет известить меня о том, что после полуночи Руди всю ночь был с ним.
– Он лжет.
– Да, но проблема в том, что мы не можем доказать, лжет он или нет, без вещественных улик, связывающих Руди Каттера с квартирой Джесс или с местом преступления. И в настоящий момент таких улик у нас нет. Криминалисты все еще там, но порадовать нас им нечем. Каттер очень осторожен, он не оставляет свою ДНК или отпечатки.
– Он знает, что делает. Все это относится и к остальным убийствам. Что насчет старика в Стоктоне? Джимми Киза?
– Тазер, которым оглушили Джесс, принадлежит Кизу. Серийный номер совпадает. Но это тоже не дает нам возможности связать Каттера с убийством Киза.
– Так что мы делаем? – спросил Фрост.
Хайден ответил не сразу. Он взял со стола фотографию Джесс. Его взгляд не затуманился, а стал пустым, как будто груз ее гибели стал для него неподъемным. За его злостью, за самомнением скрывалась искренняя боль от утраты. И он не собирался делить ее с Фростом.
– Вы, инспектор Истон, не делаете ничего, – заявил Хайден.
– Со всем моим уважением, сэр, я не могу удовлетвориться таким ответом.
Фрост ожидал, что капитан опять взорвется, однако Хайден просто улыбнулся.
– Не неси чушь. Ценю. Я знаю, что ты, Истон, всегда нравился Джесс. Причем настольно, что это здорово бесило кое-кого. Причем очень многих, список получился бы длиннющим.
Фрост подозревал, что этот список включал и Хайдена.
– Мне Джесс тоже нравилась, – сказал он. – Что бы вы или кто-то другой ни думали, она никогда не давала мне поблажки.
– О, это я знаю. Если бы давала, я бы задал ей трепку. Ты молодец. Никто иного и не говорит.
– Спасибо, сэр.
– Еще я знаю, какие ходили слухи, – сказал Хайден.
Фрост промолчал. Он не собирался объяснять, какие отношения были между ним и Джесс, потому что не знал, как охарактеризовать их самому себе. Он просто сидел и ждал, что последует дальше. У сидевшего напротив Хайдена глаза напоминали черные угольки; его дыхание с шумом вырывалось через нос. Спустя какое-то время капитан махнул рукой, показывая, что уже не важно, что было между Истоном и Салседой.
– Имей в виду, я не спрашиваю, правда эти слухи или нет. Мне плевать. Я не собираюсь сетовать на то, что предпочитала делать Джесс до или после развода. Я сам не святой. Мы оба подошли к разводу с большим багажом.
– Я не совсем понимаю, сэр, зачем мы об этом говорим, – сказал Фрост.
– Мы говорим об этом, потому что перед нами стоит одна и та же цель. Мы хотим упрятать Руди Каттера обратно в тюрьму. Полагаю, у тебя для этого не меньше поводов, чем у меня.
– Да, именно так.
– Тогда пусть остальные делают нашу работу. Джесс уже напортачила в этом деле. В результате Каттер освободился, а она заплатила своей жизнью. Я не допущу, чтобы ты изгадил новую попытку закрыть его.
– У меня нет таких намерений.
– Нет? Думаешь, у меня нет агентов, а, Истон? Я точно знаю, чем ты занимался в свой отпуск. Ты снова тряс старых свидетелей. Разговаривал с родственниками жертв. Задавал вопросы. Я слышал, ты еще и работаешь с писательницей, которая пишет книгу об этом деле. Я прав?
Фрост даже не пытался ничего отрицать.
– Да, вы правы.
Хайден на выдохе присвистнул через щелочку между передними зубами.
– С судьей Элджином мы уже ходим по тонкому льду. Он же забраковал все расследование, Истон. Пять лет работы! Если он унюхает хотя бы намек на какие-то нарушения, он просто закроет дело, и нам уже не удастся схватить Каттера. А никто из нас этого не хочет.
– Да, сэр, никто не хочет.
– Хорошо. А теперь о том, что мне от тебя надо. Иди домой. Горюй по Джесс. Горюй по своей сестре. Возьми еще одну неделю отпуска и преврати ее в настоящий отпуск, понял? Слетай на какой-нибудь прибрежный курорт, поброди по горам или просто посиди дома. Дай своей голове прочиститься. Главное, чтобы ты держался подальше от этого дела, чем бы ты ни занимался. Я ясно выразился?
– Да, – ответил Фрост.
– Это все, Истон.
– Да, сэр.
Подчиненный встал и пошел к двери, но Хайден окликнул его голосом чуть тише вздоха:
– Фрост.
Тот, удивившись, обернулся. Капитан уже встал и вышел из-за стола.
– Полагаю, однажды Джесс прочитала тебе лекцию о линии, – сказал он.
– Несколько раз.
Наступило молчание. Фрост ожидал чего-то, но Хайден лишь прошептал:
– Вот и хорошо, вот и хорошо.
И все. Аудиенция закончилась.
Фрост не понимал, что только что произошло. Но уже в лифте, когда он покидал здание, до него дошло. Линия. Та самая линия, которую иногда вынужден пересекать коп, даже несмотря на то, что его могут уволить и никто его не защитит.
Хайден дал Фросту прямой приказ оставить расследования против Руди Каттера. А потом добавил не для протокола:
– Продолжай.
