– Я мог бы сказать, что – Орден, и это было бы, отчасти, правдой, – его младший брат продолжал сохранять ледяное спокойствие. – Но я выполняю не приказ Магистра, а просьбу твоего Наставника. Это Кондор просил меня поговорить с тобой до того, как здесь появится твоя мать.
– А где она сейчас? – с тревогой спросил Змей, припоминая ее последнее посещение, когда тоже затрагивался вопрос о его жене.
Вообще-то, официально Магистр посетила сына, чтобы обсудить обстановку, сложившуюся вокруг его предприятий, производящих оружие и транспорт для Ордена. В Цитадели имелись собственные небольшие мастерские, но впервые за несколько столетий техническое перевооружение достигло такого масштаба. Морской Змей хорошо потрудился, налаживая этот процесс, почти десять лет все шло без сбоев. Но в последний год что-то разладилось. Кошка привела доказательства того, что многочисленные проверки и инспекции не являются случайными. Всюду чувствовалась рука Конторы. И то, что эту руку кто-то грамотно направлял. Кошка тогда посоветовала ему приостановить деятельность Ордена в этих предприятиях и получше присмотреться к своему окружению. В том числе и жене.
Морской Змей тогда с возмущением отверг подобные предположения, но за прошедший месяц прошерстил всех своих служащих, не входящих в Орден, и не нашел информатора. Послав такой нерадостный доклад Магистру, в ответ Змей получил приказ, полностью сворачивать деятельность по заказам Ордена, а его подручных начали отзывать в Цитадель. Орден, словно спрут, сокращал щупальца, пряча их в свою скорлупу. И готовился к ответной атаке, о направлении которой его не оповестили.
– Кошка сейчас, вместе с Пегасом и группой поддержки, в Эостауне, – сухо ответил Барс. – И она делает там твою работу! Твоя мать взяла на себя не только войну с Конторой, но и защиту семейной чести. Она затребовала на Совете исключительного права мести, чтобы не заставлять тебя, самого, устранять жену.
– Контора могла выйти на след Ордена и по другим каналам! – слабо возмутился его брат, изрядно смущенный тем, что его не оповестили о столь важной операции, что могло означать утрату доверия. – А Амели могла попасть в ее сети случайно!
Барс встал и выпрямился, оказавшись с ним лицом к лицу:
– Я тоже знаю, что такое – потребность любить и быть любимым! И моя личная жизнь тоже никогда не была простой! Но сейчас поставлено под угрозу слишком много жизней! И самое главное, стоил ли этот человек того, как ты любил его и пытался защитить?
– Не тебе судить! – взорвался Змей и попытался выйти из комнаты.
– Постой! – Барс скользящим движением оказался у двери и преградил ему дорогу. – Покажи мне свою мантию, и я уйду отсюда навсегда! И даже извинюсь перед тобой!
– Что ты хочешь этим сказать? – оторопел его старший брат.
Члены Ордена, выполнявшие миссии во внешнем мире не имели возможности носить на себе большой обруч мантии, чтобы не привлекать ненужного внимания. Но и расстаться с ней тоже не могли, так как необходимым компонентом питательной смеси, поддерживающей ее жизнь, была свежая кровь носителя. Поэтому, каждый резидент хранил мантию в специальном контейнере, который прятал в недоступном для окружающих месте, время от времени наполняя контейнер кровью и питательной смесью.
– Просто, покажи мне контейнер с твоей мантией! – намеренно четко выговаривая слова, повторил Барс.
Его брат пожал плечами, развернулся, подошел к одной из резных деревянных панелей, покрывавших стены кабинета, и отодвинул ее. Затем быстро набрал код на передней панели большого сейфа. Барс, молча, смотрел, как тот передвигает стопки денег и облигаций, в поисках того, чего там явно не было.
– А ты откуда узнал, что ее здесь нет? – подозрительно спросил Морской Змей, все еще не поворачивая головы.
– Вот отсюда! – ответил Барс, вновь протягивая ему капсулу. – Мы с Кондором установили аппаратуру на вилле «Белая скала» два дня назад и много чего услышали за это время. Но как только я понял, что на этот раз привезла с собой твоя жена, то оставил там твоего Наставника и помчался сюда. Голословно можно утверждать все, что угодно, в Конторе нет доверчивых простачков. Но если бы в руки наших врагов попал живой симбионт, это стало бы катастрофой для Ордена! Получили бы подтверждение все легенды и слухи! А затем, биологи Конторы вполне могли бы создать средства для его уничтожения, и каждый член братства оказался бы на грани гибели. Следуя правилам, мы должны были бы, сразу забрать контейнер и уничтожить всех, кто его видел, но Кондор требует, чтобы сначала ты, сам, во всем убедился.
– Амели забрала и футляр с оружием! – глухо сказал его брат, отворачиваясь от сейфа.
