– За столько лет мог бы привыкнуть носить такое одеяние! – пожал плечами Хранитель. – Ты и так, последние сорок лет, редко переодевался во что-либо другое. Теперь просто меньше времени будешь тратить по утрам, так даже удобнее. А перепады температур нам практически не страшны. Впрочем, если хочешь, можешь поверх мантии носить что-нибудь свободное, из одежды внешнего мира. Мантия умеет распределяться по телу и принимать его форму. Или сворачиваться на плечах. Ты еще научишься управлять ею.
Кошка, тоже внимательно слушавшая объяснения, увидела в дверях подошедшую Ханну и пошла к ней, мужчины потянулись следом.
Перед выходом из госпиталя Магистр обернулась к приотставшим мужчинам:
– Прекрати нервничать, Кондор! Неужели ты настолько не доверяешь тем, кого обучал?
Высокий и сильный мужчина упорно держался позади нее и действительно выглядел смущенным:
– Мне сложно чувствовать себя уверенно, все это настолько выходит за рамки Кодекса!
– А мы его уже, и так, столько раз нарушили за последние месяцы, что пора писать новый! – хмыкнула Кошка. – Ведь те, кто его писал в самом начале, тоже были, всего лишь, людьми! А чем мы хуже?
Женщина гордо вздернула голову и шагнула во внутренний двор Цитадели.
Тот сильно изменился после недавнего военного противостояния. Многие из орхидей, которые Кошка с помощью своих друзей доставила сюда из разных концов континента, безвозвратно погибли. Оставшиеся горшки и кадки переехали поближе к стенам. Изящная многоярусная чаша фонтана, пострадавшая от столкновения с броневиком, больше не наполнялась водой, но по-прежнему оставалась логическим центром площади, на которой собралось все поредевшее население крепости.
Возле разбитой чаши плотной группой стояли Морской Змей, Ласточка, Морж, Стриж и Пегас. Магистр невесело усмехнулась: вместе с Хранителем, Ханной и Кондором, они составляли один из самых маленьких Советов Мастеров, описанных в истории Ордена. Сложная ситуация во внешнем мире не позволяла отозвать в Цитадель Воинов, выполнявших миссии наблюдателей, прибыли только несколько вербовщиков, из тех, что оказались неподалеку.
Магистр не торопилась сама расширять Совет, не определив окончательно, кто поддерживал ее врагов. Предыдущий неудачный опыт, поспешного создания нового Совета Мастеров, многому научил ее. Вновь прибывшие, тоже не проявляли активности, несмотря на то, что победить в ритуальном Поединке одного из вновь назначенных Мастеров, например, Ханну или Ласточку, для опытного Воина не составило бы труда. Правда, доблести и чести в таком Поединке было бы немного.
Ношение любого оружия, включая ритуальное, внутри Цитадели теперь было строго запрещено, его оставляли в арсенале, при входе в крепость. Кошка также приказала уничтожить все запасы отравляющего газа, хранившиеся в крепости. Оружие внешнего мира снова было заперто в хранилище.
Морской Змей волновался, считая, что его мать, таким образом, стала еще беззащитней от нового нападения, но Магистр твердо стояла на своем, полагая, что большая открытость подвигнет людей высказывать собственное мнение, и отстаивать его честными способами.
Стриж тоже опасался за жизнь Кошки, по его тайному приказу наиболее способные Ученики круглосуточно присматривали за вновь прибывшими, и кто-нибудь всегда был поблизости от Магистра. Но, к немалому удивлению мужчин, прибывшие Воины заняли выжидательную позицию. Возможно, тому способствовал невероятная ситуация: никогда еще, в известное из хроник время, Ученикам не удавалось победить Мастеров. Или то, что Совет, почти в полном составе, нарушил Кодекс Чести Ордена, поставив себя вне закона.
Кошка первой подошла к своим соратникам.
– Подсадите меня на фонтан! – попросила она мужчин, беременность лишила ее былой ловкости.
Морской Змей нахмурился, его мать намеренно демонстрировала свою слабость, такое поведение было нехарактерно для Магистра, могло спровоцировать ритуальный Вызов.
С другой стороны, вызывающий расписался бы перед всеми, что пользуется слабостью противника, а значит, не уверен в собственных силах.
Кошка, с помощью Стрижа и сына, взобралась на край чаши, расправила мантию, которая упорно прилипала к весьма уже заметному животу, словно пытаясь защитить малыша. Негромкий ропот пробежал по рядам собравшихся, беременный Магистр, тоже являлся чем-то новым в истории Ордена.
– Братья по Ордену! – громко произнесла Магистр, обводя глазами собравшихся. – Второй раз, все вместе собираемся мы на этой площади. Второй раз предстоит нам принять сложное решение, касающееся не только каждого из присутствующих, но и всех, настоящих и будущих, членов Ордена.
Над площадью повисла звенящая тишина. Судьбоносные решения до этого случая всегда были прерогативой Совета Мастеров, которые доводили их до остальных братьев в качестве директивы, обязательной к исполнению. Магистр ломала саму основу построения Ордена, отметала прочь положения древнего Кодекса.
