Голоса Памано полностью

Чтобы не испытывать судьбу, они сменили место встречи: теперь это был убогий пансион Поблы, где никто никого из них не знал. Бросив пальто на стул, Элизенда посмотрела в окно и, не оборачиваясь, сказала я люблю тебя так сильно, что мне хотелось бы жить… ну, не знаю, в браке с тобой. Чтобы нам не приходилось прятаться.

– Ты же знаешь, что это невозможно, – последовал сухой ответ.

– Если бы мы могли развестись…

– Во времена Республики это было бы возможно. Это твои запретили развод.

– Мои?

Она посмотрела на него. Потом приблизилась, пытаясь разгадать тайну этого взгляда, столь отличного от взгляда художника, нежно раздевавшего ее и укутывавшего мягким мехом куницы. Теперь же она наткнулась на лед. Элизенда отошла к шкафу.

– Разве они и не твои тоже?

Ориол не ответил, но выдержал ее взгляд.

– Я бы хотела, чтобы мы поженились, – повторила она.

– А я нет.

Молчание. Элизенда застыла перед зыбким зеркалом. Две Элизенды смотрели на него с одинаковым волнением. Ориол сел на кровать.

Да здравствует Франко. Вперед, Испания. Торена-де-Пальярс, 26-10-1944. Продолжение. Нашими службами в окрестностях Тулузы был обнаружен труп пропавшего без вести Хосе Пардинеса (из предыдущего донесения) в состоянии гниения. Нет: разложения. Судебный врач капитан Аурелио Кордон засвидетельствовал наличие пули, застрявшей в лобной части головного мозга, из чего мы заключили, что Пардинес был разоблачен бандитами, в состав которых мы его внедрили. Он не смог ни о чем нам сообщить. Не смог дать нам… Не смог предоставить нам, ага, вот так, никакого рода информации.

– Что с тобой? – спросила она в замешательстве.

– Если тебе нужен участок земли, донеси на его владельца.

– Я не понимаю тебя.

Когда он передал ей, что ему показал Тарга, она тут же все поняла. Три секунды на то, чтобы прореагировать соответствующим образом.

– Это земли, которые НКТ конфисковала у моего отца.

Ориол застыл в легком замешательстве.

…до меня дошли пока не подтвержденные слухи о возможной связи между Элиотом и неким Оссианом (пишется так, как я написал). Думаю, было бы очень хорошо; было бы великолепно; было бы разумно расследовать происхождение вышеназванного Оссиана, узнать, откуда он родом, из наших ли мест, работает ли он под видом какой-то легальной личности, или же он партизан и беглый республиканец.

– Я люблю тебя и не хочу терять ни за что на свете.

– Но ты подруга алькальда, разве нет?

– Нет. Скорее это ты его друг. Вы все время вместе.

– Тарга мне не доверяет, потому что я не хочу пользоваться ситуацией.

– Тарга следует закону и требует его исполнения. Он не преступник.

– Когда не убивает детей.

– Если ты хочешь донести на него, ты знаешь, что нужно делать. – Несколько мгновений, чтобы успокоиться. – Что-то мы слишком много говорим о нем, ты не считаешь?

– Ты его оправдываешь?

– Нет. Он хам, но ты не представляешь себе, какой была Торена до его появления.

Она произнесла это с нахлынувшей страстью, одновременно расстегивая блузку.

Ориол подумал, что если он скажет ей, что до появления Тарги в Торене было больше живых, это будет означать конец. А он хотел увидеть, что скрывается под блузкой. Поэтому он ничего не сказал и прекратил этот разговор. Он даже подумал, что опрометчиво было начинать его. Блузка, ну давай же.