Могила была повреждена, причем совсем недавно – может быть, всего за несколько часов до рассвета или накануне вечером. Она выглядела так, словно из-под земляной «шапки» диаметром в полметра неведомый грибник, отчего-то промышляющий по ночам, извлек свою добычу. Сшиб исполинской ногой палую листву, хвою, рыхлую землю в прожилках корней, с довольным кряхтением поместил могучий гриб в лукошко и вернул влажный дерн на место, лишь бы придать прежний вид могиле.
– Да что же делается, Игорь Сергеевич? – сквозь слезы проговорила пожилая хозяйка захороненного здесь друга. – Почему наш-то? Кому это понадобилось?
Косметика с ее ресниц поплыла, и моложавое лицо стало походить на недомытую картофелину.
– Успокойся, Танюша, – нарочито бодрым голосом произнес ее супруг, Вадим Старобаев. – Вот Игорь нам поможет, разберется, недаром он шерифом служит. Ты только не плачь больше, пожалуйста.
– Безусловно, – кивнул Игорь Таранцев, майор в отставке. – Надеюсь, вы тут ничего не трогали?
– Как же… – смутился Старобаев. – Антон по моей просьбе приподнял землю… Может, мы и не позвали бы вас, сударь, но тут такое дело… Как бы иначе преступление вскрылось?
Тут его супруга не выдержала и вновь залилась бурными слезами, и старик с виноватым видом, на ходу выдергивая из кармана очередной платок, поторопился отвести ее прочь от оскверненной могилы. Их новый друг, мужественного вида юноша в черном плаще и с широким зонтом, подхватил госпожу с другого бока и также забормотал ей на ухо теплые слова.
Игорь ободряюще, но в то же время с некоторым недовольством кивнул, благословляя это отступление. Ему необходимо было место для маневра.
Первым делом он окинул внимательным взглядом место преступления. Кладбище друзей-андроидов располагалось на невысоком обрыве речушки, протекавшей по северному краю поселка. Каждая могила занимала площадь около квадратного метра – мертвые друзья хоронились стоя, для экономии места. Всего здесь было девяносто семь погребений, начиная от самых древних, в непосредственной близости от обрыва, и заканчивая наиболее свежими. Эти уже располагались ближе к лесу, из которого выныривала галечная тропинка, ведущая к одной из дорог в поселке. С запада и востока кладбище ограничивалось кустами, к этому времени уже почти облетевшими, а с востока еще и лесом.
Каждая могила, разумеется, венчалась оригинальным памятником скромной величины, не выделяющимся на общем фоне. К каждой можно было подойти, чтобы возложить цветы или просто постоять в тишине, припоминая совместно прожитые с другом годы.
– Антон-10! – позвал друга Игорь и плотнее замотал на шее мохеровое кашне. Ветер нынче был слишком сырым, как бы не простыть…
Новый друг семьи Старобаевых резво приблизился к шерифу и почтительно замер.
– Животных нынче навещали?
Таранцев кивнул в сторону соседней поляны, где были захоронены кошки, собаки и прочая домашняя живность.
– Непременно, – подтвердил Антон-10. – Сначала там побывали…
Он вновь открыл рот, собираясь подробнейшим образом поведать об утреннем визите к почившей собаке, но Игорь перебил его:
– Видимых повреждений не заметили?
– Наших могил – нет. Соседние также выглядели целыми и ухоженными. Прочие же рассматривать я счел неэтичным и неуважительным к памяти нашей…
– Конечно, – кивнул шериф. – Идите к хозяйке, Антон.
Оставалось осмотреть захоронение и по возможности собрать улики. Таранцев аккуратно извлек острие памятника из дерна и отложил в сторону золоченую табличку со словами: «Антон-9, лучший друг человека, да упокойся в мире и согласии с вечностью». Затем он приподнял пальцами в тонких белых перчатках и переместил с могилы горбик дерна.
Стенки могилы выглядели довольно гладко, и вскрывали захоронение с достаточной осторожностью, чтобы не повредить голову мертвого друга – видимо, банальной лопатой. Затем уже преступник орудовал руками, отгреб землю от черепа и открутил его от туловища. Может, воспользовался кусачками или тепловым ножом, чтобы перерубить пластиковые позвонки. Затем осквернитель могилы забросал плечи грунтом и вернул на место дерн и надгробие.
Игорь ясно представил себе возможные действия преступника и собрал в пакет улики – верхний позвонок друга, крошки земли с его голых плеч, за год почти разложившихся до самых костей, и несколько корешков с боковых срезов могилы, все в разные пакетики. Подумав, он добавил в коллекцию влажные серые травинки, собранные по периметру. Глядишь, и сохранились на них волокна одежды, если злодей вставал на колени, не подстелив пленку. Отделять от скелета, скажем, ребро Игорь не стал, опасаясь нарушить ход естественного разложения био-пластика неосторожными действиями, да и смысла в этом особого не было.
Затем он еще раз внимательно осмотрел мелкие почвенные корешки, чтобы определить, как давно злоумышленник осквернил могилу. На взгляд шерифа, срезы выглядели свежими и не почернели, хотя точный ответ могла дать только экспертиза.
