Кислый запах все еще продолжал висеть в воздухе маленькой комнаты, расположенной через улицу от фотоателье Джоди Льюиса. Доналд Пуллен открыл дверь своим ключом и тут же присвистнул:
— Фью! Чем это воняет?
— Пороховыми газами, — сразу же ответил Мейер.
Запах был знаком ему не меньше, чем запах его жены, но, конечно, далеко не настолько приятен.
— Боб, здесь стреляли.
— Угу, — промычал Боб и немедленно принялся шарить вокруг взглядом в поисках стреляной гильзы.
Мейер подошел к окну.
— Отличный вид на фотоателье! — Неожиданно он нагнулся:
— Вот она, Боб. — Он подобрал полый латунный цилиндр.
— А вот и еще, — сказал О'Брайен, нагибаясь в свою очередь.
— Одно и то же оружие, — констатировал Мейер. — Ружье.
— Кто-то в этой комнате стрелял из ружья? — недоверчиво спросил Пуллен.
— Похоже на то, — ответил Мейер.
— Но зачем? Зачем кому-то понадобилось стрелять из ружья в такой маленькой комнатке, как эта?
— Вероятнее всего для того, чтобы попасть в кого-то, кто будет входить или выходить из фотоателье на той стороне улицы. Вы ведь говорили, что мисс Блейк специально просила квартиру напротив фотоателье, не так ли?
— Ну конечно же! Абсолютно точно! — воскликнул Пуллен. — Это просто поразительное умозаключение.
— Элементарное, — снисходительно произнес Мейер, и Боб О'Брайен едва удержался, чтобы не расхохотаться. — Давай осмотрим все, Боб. Ружье, как мне кажется, — это не совсем тот вид оружия, который выбрала бы женщина. Как ты думаешь?
— Я никогда не думаю по воскресеньям, — срезал его О'Брайен, но тем не менее начал осматривать комнату.
Жилье имело вид временного пристанища. Справа, у голой стены, стояла железная кровать, рядом с ней находился ночной столик, на котором возвышались таз и кувшин с водой. В левом углу комнаты позади обшарпанного кресла виднелся торшер. В стене напротив окна был встроенный шкаф для одежды, задернутый занавеской. Дверь рядом с ним вела в крошечную ванную. О'Брайен вошел туда и открыл аптечку. Она была пуста. Он отдернул занавеску, прикрывавшую стенной шкаф: на вешалках ничего не висело.
— Кто бы тут ни жил, вещами он явно не обременял себя, — заметил О'Брайен.
— Есть какие-нибудь признаки пребывания женщины? — поинтересовался Мейер. — Салфетки со следами помады? Заколки? Длинные волоски?
— Вообще никаких намеков на пребывание человека, — ответил О'Брайсн. — Хотя постой минуту, кое-что есть. — Он взял в руки с ночного столика пепельницу. — Окурок сигары. Знаешь каких-нибудь дам, которые курят сигары?
— Энн Бакстер и Гермиону Гинголд, — ответил Мейер. — Думаешь, они и из ружья стреляют?
— Может быть. Но большинство актрис по воскресеньям заняты. И потом, я не настолько везуч, чтобы напасть на дело, в которое замешаны знаменитости.
— А у меня проходила по делу одна знаменитость, — сказал Мейер. Певица. Досадно только, что я тогда уже был женат.
— Почему?
— Ну… — Мейер красноречиво передернул плечами.
— Просто обалденное зрелище, ребята, наблюдать, как вы работаете, — встрял Пуллен.
— Да уж, наша работа куда интереснее, чем ее показывают по телевизору, — начал О'Брайен. — Большинство людей думают, что полицейские — это обычные служащие, которые ходят в свои пропахшие плесенью офисы и печатают там доклады в трех экземплярах под копирку. И еще мною работают ногами. Словом, обычные парни, понимаете? У которых есть жена и семья. Такие же парни, как все, мистер Пуллен.
— Да-да, — сказал Пуллен.
— Так вот. Все это влияние телевидения. На самом же деле настоящий детектив — это довольно романтическая личность. Верно я говорю, Мейер?
— Все верно, — пробормотал Мейер, нюхая окурок сигары.
— Он все время имеет дело с эффектными блондинками в неглиже. Разве не так, Мейер?
— Все верно, — вновь подтвердил Мейер. Сигара была марки «Белая сова». Он мысленно взял это себе на заметку.
— Он ведет яркую жизнь, полную всяческих приключений, — продолжал О'Брайен. — И если он не пьет в каком-нибудь шикарном баре, то, значит, он сидит за рулем «кадиллака» с опущенным верхом, а рядом с ним на сиденье примостилась какая-нибудь красотка. Мама моя, что за жизнь! Я вам говорю, мистер Пуллен, работу детектива никак не назовешь рутинной.
— Да, это выглядит гораздо заманчивее, чем торговля недвижимостью, — задумчиво произнес Пуллен.
— О, что вы, еще бы, еще бы. Да и зарплата просто потрясающая. — Он подмигнул. — Не говоря уже о взятках. Не верьте, мистер Пуллен, тому, что вы видите по телевизору. Полицейские отнюдь не тупоумные олухи, мистер Пуллен.
— Я этого никогда и не думал, — ответил Пуллен. — У вас действительно потрясающая работа.
— Как ты думаешь, кто-нибудь в здании мог бы услышать два выстрела из ружья, Боб? — перебил их Мейер.
— Думаю, что да. Если только это, конечно, на дом для глухонемых.
— На этом этаже есть какие-нибудь другие квартиры, мистер Пуллен?
— Есть одна, прямо напротив, через холл, — сказал Пуллен. — Я сам помогал снять ее.
— Давай попробуем, Боб.
Они прошли через холл и постучали в дверь. Им открыл молодой человек с короткой бородкой в махровом купальном халате.
— Да?! — удивился он.
— Полиция, — сказал Мейер и вытащил свой жетон.
