Он сказал это тихо, не так, как если бы хотел поиздеваться. Его темные глаза секунду смотрели сквозь меня, потом он, казалось, вспомнил, где находится. Он протянул руку за моей лицензией.
Я позволила ему взять ее, рассмотреть, дважды перечитать, после чего получила ее обратно. Он посмотрел вниз на подножье холма, где расположились несколько человек, и ткнул туда пальцем:
— Невысокий человек в черном костюме со светлыми волосами — капитан Хендерсон. Он тут главный.
Я осталась стоять и смотрела на него. Он должен был сам отвести меня к главному. Не может быть, чтобы полицейский, который меня не знает, позволил мне идти к месту преступления без сопровождения. Истребители вампиров — не гражданские лица, но большинство из нас и не детективы. Я одна из немногих, кто постоянно имеет дело с полицией. В Сент-Луисе, где большинство полицейских знают меня со слов или лично, я бы это поняла. Но здесь, где никто меня не знает, это странно.
Я прочитала имя на значке копа.
— Майклс, не так ли?
Он кивнул, и снова его глаза смотрели не на меня. Он вел себя не как коп. Он вел себя так, словно боялся, а копа не так легко испугать. Дайте им отработать несколько лет, и они становятся равнодушными: плавали, знаем, не впечатляет, хоть футболку с надписью надевай. У Майклса на форме были сержантские нашивки. А если вас шокирует каждое место преступления, сержанта в полиции штата вы не получите.
— Сержант Майклс, — сказал он. — Я могу что-то для вас сделать, миз Блейк?
Казалось, он берет себя в руки прямо у меня на глазах. Это напомнило мне о том, как восстанавливалась доктор Кэрри Онслоу. Его глаза теряли этот рассеянный, стеклянный взгляд. Он смотрел прямо на меня, но в его глазах все еще оставалась напряженность, словно ему было больно. Что, черт возьми, такое происходило у подножья холма? Что могло заставить бывалого копа так выглядеть?
— Ничего, сержант, ничего. Спасибо.
Я не стала убирать лицензию, потому что была почти уверена, что без сопровождения полицейского меня снова остановят. У невысокой сосны тошнило женщину. Она и мужчина, который ее поддерживал, были одеты в форму врачей Скорой помощи. То, что врача Скорой тошнило, было плохим знаком. Очень плохим.
Меня остановил Мейден. Секунду или две мы просто стояли и смотрели друг на друга. Я стояла выше и смотрела сверху вниз.
— Миз Блейк, — сказал он.
— Мейден, — сказала я. Я специально не назвала его офицером, так как полагала, что по сути он таковым не является. Он перестал быть копом, когда стал плохим парнем.
Он слегка улыбнулся.
— Я провожу вас к капитану Хендерсону. Он тут главный.
— Замечательно.
— Возможно, вы захотите подготовиться, Блейк. Это… скверно.
— Со мной все будет в порядке, — заверила его я.
Он покачал головой, глядя в землю. Когда он поднял глаза, они были пустыми, холодными глазами полицейского.
— Может, и будет, Блейк, может и будет. Со мной бы не было.
— Что бы это значило?
— Кто она, черт побери?
Это был капитан Хендерсон.
Он догнал нас. Слегка скользя, он поднимался на холм в своих туфлях. Но он был решителен и знал, как ходить по листве даже в неподходящей обуви. Он был примерно пяти футов восьми дюймов роста, с короткими светлыми волосами. У него были странные глаза, которые меняли цвет, пока он шел в играющем бликами солнечном свете. В одно мгновенье — бледно-зеленые, в следующее — серые. Он встал между нами и посмотрел на Мейдена.
— Кто это, и почему она внутри периметра?
— Анита Блейк, капитан Хендерсон, — любезно представил нас Мейден.
Капитан посмотрел прямо на меня, его глаза были холодными и серыми с кружащимися крапинками зеленого. Он был привлекателен в обычной опрятной манере. Он мог бы производить лучшее впечатление, но на лице лежала резкая тень горечи, которая отнимала у него что-то приятное и привлекательное.
Не имеет значения, какого цвета были его глаза, они были далекими, осуждающими, глазами копа.
— Так вы Анита Блейк? — его голос был почти злым.
— Да, — кивнула я.
Я не позволила гневу взять верх над собой. Он злился не на меня. Что-то было не так. Что-то помимо самого преступления. Интересно, что?
Он осмотрел меня с ног до головы. Интерес был не сексуальным — он словно измерял меня. Я к этому уже привыкла, хотя обычно это бывает менее беззастенчиво.
— Насколько силен ваш желудок, Блейк?
Я подняла бровь и улыбнулась.
— Что смешного, черт возьми? — спросил Хендерсон.
— Послушайте, я знаю, что все плохо. Я только что оставила на вершине холма сержанта, испуганного настолько, что второй раз он туда не пойдет. Мейден уже сказал мне, что все ужасно. Просто проводите меня к телу.
Хендерсон сделал шаг вверх, чертовски нагло вторгаясь в мое личное пространство.
— Вы так уверены, что выдержите это, Блейк?
— Нет, — вздохнула я.
Кажется, мое «нет» оказало на него положительное влияние. Он моргнул и отошел на шаг назад.
— Нет? — переспросил он.
