Смельчаков отбросило взрывом. С большим трудом отец Павла поднялся на ноги, но, не дойдя до дома, упал. Больше года пролежал он, обгоревший, в постели на грани смерти и жизни. Этот случай не только не отпугнул Павла от авиации, но, став летчиком-реактивщиком, он вступил в отряд космонавтов и вместе с Андрияном совершил беспримерный групповой полет.
...Однажды летним вечером после тренировок мы размечтались о будущем. О полетах на Луну, на Марс. Павел был настроен несколько реальнее других. Он тогда мечтал облететь только Землю.
- И когда я полечу туда, - он кивнул на мерцающие в небе звезды, - я обязательно возьму с собой вот это...
Он расстегнул китель и достал из внутреннего кармана записную книжечку.
Когда Павел раскрыл ее, мы увидели там квадратик шелка, на котором был вышит маленький портрет Ильича...
Павел сделал то, о чем мечтал: на борту его корабля был портрет Ленина. Портрет человека, направившего нашу страну по большой звездной дороге...
Можно было бы продолжить рассказ о моих друзьях, но я хотел бы ограничиться этими воспоминаниями. Эти люди готовились к первому полету в космос на корабле «Восток».
О делах других моих товарищей космонавтов полнее и лучше написали журналисты, писатели, они сами. На протяжении первых десяти лет космической эры мир узнавал их имена - имена исследователей космоса, имена создателей первых ракет и космических кораблей. Все эти годы были наполнены напряженным творческим трудом. И эти страницы истории нашей страны достойны того, чтобы найти отражение в произведениях советских писателей, в кинематографе и на театральной сцене. Это героические страницы труда советского народа по освоению космоса, труда уверенного и спокойного.
В 1961 году, накануне первого рейса к звездам, мы напряженно готовились к полету и не знали, кого из нас назначат первым.
Выбор пал на Юрия Гагарина, нашего друга по отряду. Комиссия отобрала человека, чья воля и энергия - лучший пример и образец для тех, кто мечтает служить Родине, науке, людям.
Есть что-то символическое в жизненном пути и биографии Гагарина. Это - частичка биографии нашей страны. Сын крестьянина, переживший страшные дни фашистской оккупации. Ученик ремесленного училища. Рабочий. Студент. Курсант аэроклуба. Летчик. Этой дорогой прошли тысячи и тысячи сверстников Юрия. Это дорога нашего поколения - шло ли оно в авиацию или на флот, в науку или на гигантские стройки пятилеток, где так же, как и в кабинетах ученых и конструкторов, готовилось все необходимое для первого полета человека в космос...
Приближался полет в неизведанное. Несмотря на тщательную подготовку, этот полет был связан с определенным риском. И, пожалуй, вряд ли нашелся бы на земле человек, который отправился бы в космическое пространство абсолютно спокойным.
Мы верили в успех, верили в способности советских людей, подготовивших первый полет в космос.
Константин Эдуардович Циолковский писал много лет назад: «Сначала неизбежно идут: мысль, фантазия, сказка. За ними шествует научный расчет. И уже, в конце концов, исполнение венчает мысль». Мы были свидетелями исполнения самой смелой творческой мысли. Юрий Гагарин должен был вылететь в космос лишь после того, как ученые получат полную уверенность в том, что он живым и здоровым вернется на Землю.
Перед отбытием на космодром состоялось партийное собрание. Повестка его была лаконичной: «Как я готов выполнить приказ Родины». Космонавты дали клятву Родине, Коммунистической партии, Советскому правительству и своим товарищам коммунистам с честью выполнить задание. Все, затаив дыхание слушали выступление Юрия Гагарина.
- Я рад и горжусь, что попал в число первых космонавтов... Не пожалею ни сил, ни труда, не посчитаюсь ни с чем, чтобы достойно выполнить задание партии и правительства. Присоединяюсь к многочисленным коллективам ученых и рабочих, создавших космический корабль и посвятивших его XXII съезду КПСС, - сказал он.
Я тоже выступил на этом собрании и сказал, что, если понадобится, постараюсь выполнить приказ Родины, как подобает коммунисту.
Взволнованные, полные энергии, возвращались мы с собрания. Не было, казалось, таких трудностей, которые мы не смогли бы преодолеть.
Наконец долгожданный день наступил. Мы отбывали па космодром Байконур. Наши родные и близкие тоже волновались.
Я видел, как беспокоилась Тамара последние дни перед отъездом на космодром, и думал: «Еще не улеглось горе от смерти сынишки - и снова волнение. Сколько же приходится переживать вам, дорогие наши подруги!»
Итак, мы на космодроме. Ясное утро 12 апреля 1961 года. Солнце едва показалось за далеким горизонтом, но лучи его уже теплые, ласковые. А лица людей освещены волнением.
Автобус доставил нас к подножию ракеты. Через несколько минут Гагарин займет место в кабине корабля. Он тепло прощается с членами Государственной комиссии, учеными, друзьями космонавтами. Оба мы были в скафандрах, но тоже обнялись и, как у нас принято говорить, «чокнулись» гермошлемами.
