− Она настоящий крылев, потому что крыльвом называют не только тот биологический вид драконов, живших где-то в другой галактике. Крыльвами называют всех, кто живет по законам крыльвов и знает все что знают крыльвы. Крыльвами не только рождаются, но и становятся.
− Прямо как лайинтами. − сказала Силлин.
− Это как? − переспросил Арнольд.
− Есть метод превращения людей в лайинт. − ответила Анлита.
− И ты о нем не говорила?
− Вам скажи, так вы все со страху поразбегаетесь. Эрты вообще считают, что это лайинтовский способ заманивать жертву к себе в пасть.
− Почему? − удивился Геракс.
− Потому что они дураки. Не понимают что это такое. А Ирмариса понимала.
− И ты с ней говорила об этом?
− Она сама со мной об этом заговорила. Вот тогда, в те первые дни, когда мы начали службу вместе. Подходит сзади и спрашиват на ухо…
− Ты почему, уродина такая, до сих пор держишь их с подобном виде?
− В каком виде? − испуганно спросила Анлита.
− Ты мне не вешай лапшу, что не знаешь что такое мутация лайинт.
− Ты знаешь?! − удивилась Анлита.
− Конечно знаю. Я же крылев. Я сама могу стать лайинтой.
− Правда?
Ирмариса переменилась и Анлита ощутила перед собой лайинту.
− Боже, так ты…
− Нет, я не лайинта. Я крылев. И Энергию Пространства ты должна знать.
− Я ее не знаю.
− Но ты знаешь что она может сделать. Но ты мне не ответила. В них стреляют каждую минуту, а ты не хочешь дать им защиту?
− Я боюсь. Я боюсь, что они мне не поверят. Это же выглядит…
− Не говори мне, как это выглядит. Я и сама знаю. Я же тебе говорила, что людей надо кушать.
− Да ты!..
− Тихо-тихо. Ты что, не поняла?
− Что?
− Ты проводишь мутацию. Вот и получается, что ты их съешь.
− Да не съем!
− Вот глупая! Конечно не съешь. А эрт скажет, что ты их съела. И им ты скажешь после, что вот, мол, я вас уже и съела.
− Дурацкое слово.
− Точно дурацкое. Эрты дураки, не понимают, что для них это благо быть съеденными.
− Опять ты за свое.
− Ладно. Что будешь делать? Может, мне им рассказать это по секрету?
− Нет!
− Так боишься?
− Я же никогда так не делала.
− И мысли не возникало. Так и скажи.
− Я думала. Но я думала, что сделаю так только в самой критической ситуации.
− Опоздала ты с критическими ситуациями, Анлита. Теперича они все мои будут. Тебе не угнаться за энергией пространства.
− Хвастаешься?
− А как же? Ладно. Поживем увидим. Может, я и научу тебя чему. Хочешь?
− А ты спрашиваешь?
− Вон, командир идет. − Ирмариса махнула рукой и к ним подошел Аррон…
− И что? − спросил Аррон. − Она научила тебя чему нибудь?
− Научила.
− Точно?!
− Да уж куда точнее то?
− И ты знаешь эту самую энергию пространства?
− Я знаю ее основу. Знаю, как входить в это сосотяние, знаю как выходить. Знаю как делать простые вещи и все.
− А что так?
− А что? Они сами этому учатся всю жизнь. Ты думаешь, она эти кольца штампует как монеты? Это можно назвать изобретением. Настоящим изобретением, потому что ни у кого из крыльвов таких нет. Она вложила в них все свое умение.
− Как же получилось, что она сделала это за двенадцать миллисекунд?
− Материализация может происходить мгновенно. Двенадцать миллисекунд для этого процесса − настоящая вечность. Кроме того, это время ни о чем не говорит. Она могла думать над ними годами. Думала, пробовала, создавала, уничтожала… Думаю, они у нас у всех вовсе разные. Как разные картины у художника.
− Да. Это точно. − сказал Аррон. − И программы в наших машинах разные. У меня иногда возникает чувство, что эти машины ее дети.
− Глупое чувство. − произнес женский голос из машины Геракса.
− Почему глупое?
− Так записано в моей программе.
− Где это?
− Так записала Ирмариса. Если ты так решишь, сказать, что это глупость.
− Все равно. Она тебя создала, значит, она твоя мать.
− Она меня создала, это значит, она мой создатель. − ответила машина.
− А ты тогда кто для нее?
− Я машина, которую она создала. Она меня создала, а не родила. Думай что говоришь.
− По моему, наши машины подобного никогда не говорили. − сказала Анлита.
− В ваших машинах нет этой программы.
− Какой?
− Моей.
− А какие в наших?
− В ваших только управляющие системы.
− А у тебя что?
− У меня управляющая система и программа интеллектуального обмена.
− В смысле, что программа всей этой болтовни?
− Да. Программа болтовни.
− Ирмариса, случайно, не оставила мне какого нибудь послания в твоей программе? − спросил Геракс.
− Оставила.
− Какое?
− Читать при всех?
− Читай.
− Будь с ней поласковей.
Все тут же рассмеялись.
− Это все? − спросил Аррон.
− Все.
− Я разве с тобой не ласков?
− Ласков. Могу прокрутить запись…
− Нет! − воскликнул Геракс.
− Почему нет? − спросила Анлита. − Давай, покажи.
− Не покажу. − ответила машина.
− Почему?
− Приказ командира − закон для меня.
Силлин фыркнула и отвернулась от Геракса.
− А ты бы не фыркала, Силлин. − сказала машина. − Думаешь, он тебя не любит?
− Ты чего несешь?! − закричал Геракс. − Прекрати сейчас же!
− Э… Врагов поблизости нет? Вроде нет. Можно и поперечить.
− Ну, Ирмариса! Вот комик! − воскликнул Арнольд.
− Что же ты замолчала? − спросила Силлин.
− Тебе так и скажи. Он же мне все гайки пооткручивает.
− Аррон?.. − проговорила Силлин. − Ты так и будешь молчать?!
