Не заметила, как ноги привели к железной дороге. Перейдя полотно из многочисленных полос рельсов, Иринка оказалась перед знакомым бараком. И зачем она сюда пришла? Здесь ее уже давно никто не ждал. В прошлом году Оксана уговорила мужа уехать на Украину, где ее родители начали строить дом. Тетя Поля вышла на пенсию и подалась вслед за семьей сына — нянчить внуков. Теперь в их комнате жили чужие люди. Пришлось вернуться в общежитие.
Когда Иринка проходила по коридору, поймала на себе суровый, исподлобья взгляд комендантши. Та всегда, казалось, была чем-то недовольна, и взгляд ее говорил о том, что она особо-то никому не доверяет. Иринка поспешно взяла ключ и скрылась в своей комнате.
Долго не могла уснуть — в животе урчало от голода, голова разболелась.
Утром первым делом вскипятила чайник и попыталась кипятком заглушить голод. Воскресное утро не принесло ничего нового. Идти никуда не хотелось. Она включила радио и забралась с ногами на кровать. Достала свою любимую книгу «Дикая собака Динго». Открыла наугад — попала на страницу, где Таня приходит в гости к отцу и там ее угощают пельменями. И героиня делает вид, что не голодна, а сама так хочет этих пельменей! Вот и Иринка так хочет этих пельменей, что давится слюной!
Она захлопнула книжку и взялась за учебу. Но увы! И в тетрадях были сплошные лекции о вкусной и здоровой пище…
В обед к ней постучала комендантша. Заглянув в дверь и окинув хмурым взглядом единственную обитательницу, поманила ее пальцем. Иринка попыталась догадаться, чем могла прогневить комендантшу. Ничего не придумала и все же послушно встала и последовала за грозной женщиной. Комендантша привела ее к себе в кабинет, где стояла гладильная доска, хранились ведра и щетки. На столе стояла алюминиевая кастрюля. Запах, что распространяла кастрюля, моментально вызвал у девушки головокружение и усиленное слюноотделение. Она сглотнула.
— Садись, — сурово приказала комендантша и глазами указала на табуретку.
— Я… зачем… — заблеяла Ирина, наблюдая за действиями суровой женщины.
Та налила в тарелку два полных половника душистого супа и поставила перед девушкой.
Ирина страшно покраснела, но повторять приглашение не заставила.
Что это был за суп! Он пах укропом, в нем плавали тугие круглые зерна перловки, морковь и нарезанная соломкой картошка. Сварен он был на тушенке. На поверхности блестели круглые капельки желтого жира.
Иринка быстро расправилась с угощением, а комендантша, не спрашивая, подлила добавки. Теперь уже Иринка ела не торопясь, изредка улыбаясь непонятной грозной женщине, которая, подперев щеку кулаком и сведя брови к переносице, смотрела на нее.
— Голодаешь? — все так же сурово поинтересовалась комендантша, на что Иринка пожала плечами и ответила вопросом:
— А как вы догадались?
— А нечего здесь и догадываться. Не ты у меня первая, детдомовская. Это уж у вас так: спустите все деньги в первые же дни, а потом ходите раздетые да голодные. То государство об вас пеклось, а то самим надо. А никто не научил… Так?
— Так, — согласилась Иринка и отодвинула тарелку. — Большое спасибо, Зинаида Ивановна. Я теперь неделю есть не захочу.
— Как же! Не захочешь… То-то и оно, что захочешь! Стипендию-то еще не получала?
— Нет.
— Так вот. Получишь — не трать сразу-то. Это только поначалу кажется, что денег много. Мало их! Ведь на целый месяц хватить должно.
— У меня талоны есть на питание. Вот столовая откроется…
— Талоны… Талоны — это хорошо. Только они тебя к зиме не оденут. А зима быстро придет. Никто, кроме тебя, о тебе не позаботится, девонька. Ты вот тетрадку заведи. В одной стороне — приход. Это деньги, что получишь. В другой — расход. И все в столбик подсчитывай. Вот тогда научишься концы с концами сводить. И колбасы эти, сыры не покупай — без штанов останешься. Это не еда, а баловство. Вот супа наварила — и сыта.
Долго еще вела беседу с Иринкой грозная комендантша. Потом Иринка убедилась, что на самом деле никакая она не грозная. И поняла, что внешность бывает обманчива.
Советы Зинаиды Ивановны ей очень помогли. К Новому году она сумела накопить на пальто, а к дню рождения, который отмечала в апреле, купила себе новые туфли.
Впрочем, к дню рождения ее ждал сюрприз.
Примерно за неделю до этого события ее соседки по этажу собрались на кухне. Собрание было тайной для именинницы. Надя дежурила у двери, а собрание вела практичная Люба.
— У Ирины Новиковой скоро день рождения, — начала она с главного. — Вы все знаете, что Ирина — детдомовская и, кроме нас, ее поздравить некому.
— Хорошая девчонка! — раздались реплики.
— Безотказная!
— И заводная, на вечере всегда на аккордеоне сыграет, не ломается, как другие!
— Ну так вот, — подвела Люба итог. — Предлагаю совместными усилиями оказать ей посильную помощь.
— Давайте скинемся со стипендии, купим ей что-нибудь полезное! — крикнула Наташка, самая шумная на этаже.
— А что полезное-то? Аккордеон?
— Аккордеон в красном уголке есть. Нет, нужно что-нибудь из одежды.
— Ну! Надо, чтоб память была, а вы — из одежды…
— Чтоб память — можно книги. Или набор кастрюль.
