На людях Любочка обращалась к Евгению на «вы» и не афишировала интимность их отношений. Она не скрывала своего волнения и продолжала сверлить Евгения цепким взглядом, не веря его хладнокровию. За два года интимных отношений она хорошо его изучила, знала его силу и слабость, плюсы и минусы. Любочка была у Евгения первой и единственной любовницей, сумевшей своими искусными до изощренности сексуальными способностями приворожить его всерьез и надолго. Нельзя сказать, что она была единственной, с кем Евгений изменял свой жене. Были у него и до нее легкие, «одноразовые» флирты, которые угасали так же легко, как и вспыхивали, и Евгений думал, что так будет и с Любочкой, когда однажды, проводив гостей поздним вечером, он попросил ее задержаться в офисе под предлогом убрать посуду. Любочкины чары основательно вскружили голову молодого банкира, так что вскоре на юную страстную любовницу посыпался град подарков, в числе которых была и однокомнатная квартира. И если Таня не была посвящена в служебные дела Евгения Соколова, то от Любочки у банкира не было секретов. Анонимная угроза превратить Сокола в общипанного петуха всерьез встревожила Любу Андрееву, создавала опасность далеко задуманным ею планам. Евгений с безмятежным хладнокровием выслушал сообщение об анонимном звонке, жестом руки пригласил Любочку сесть и сам сел в кресло за письменный стол. И начал перебирать положенные секретарем утренние газеты: «Коммерсант», «Известия» и «Московский комсомолец». Не отрывая взгляда от газет, спросил:
– Чему сегодня учит нас «Комсомолец»?
– Как пользоваться презервативом. Но мы и без них знаем, – ответила Любочка, не сводя с Евгения вопросительного взгляда. Она догадывалась, что он должен сообщить что-то важное, связанное с анонимным звонком, но почему-то преднамеренно тянет, словно хочет показать, что его это вовсе не беспокоит. А Евгений тем временем начал звонить по телефону Яровому.
– Анатолий Натанович, добрый день. Как вы вчера добрались? Нормально? А мы не совсем, с маленьким ЧП. Меня, то есть, нас, машину нашу, обстреляли. На ходу. Две пробоины. Никого не задело. Сегодня заявил. Да, слушаю, Анатолий Натанович… В субботу? У меня?.. Хорошо, будем рады вас видеть. – Положив трубку, он пояснил Любочке: – Яровой напросился в гости. Татьяна ему приглянулась, старому коту.
Но Любочке сейчас было не до жены Евгения и Ярового – ее встревожили выстрелы.
– Женя, любимый, я не понимаю тебя, – заговорила она ласковым обеспокоенным голосом: – Тебя чуть не убили, а ты так беспечен, будто ничего не случилось. Так, пустячок, две пули, «маленькое ЧП».
– Родная, ничего неожиданного не произошло, все в порядке вещей. Ты же знаешь разгул преступности, рэкетиры и прочая мразь… Перед серьезными проблемами эти выстрелы – сущий пустяк. – Пугают. Разве только меня одного? Всех предпринимателей пугают, вымогают, грабят. Смириться с этим нельзя, но привыкнуть можно и нужно. Я сейчас был в милиции, заявил. А толку что?
– Но, Женечка, это ж покушение, террор. И судя по анонимному звонку, ты должен догадываться, кто это сделал. Милиция спросила тебя, кого подозреваешь?
– Нужны доказательства, а не подозрения. А доказательств у меня нет. Да и для милиции это мелочь. Не убили, ну и слава Богу. Давай об этом больше не говорить и не думать. Есть дела поважней. Договорились?.. – Он ласково улыбнулся ей, как улыбаются, уговаривая капризного ребенка.
Любочку он не стал убеждать, что стреляли возможно и не в него, приняв его за кого-то другого. Из его слов она поняла, что появились какие-то новые, более важные проблемы, чем эти выстрелы, ими-то и озабочен Евгений. Но расспрашивать не стала, знала, что сам расскажет в подходящее время. Поинтересовалась, как прошел вчерашний банкет, как на нем выглядела Таня, которую он впервые вывез в «высший свет» «новых русских».
– Татьяна произвела впечатление, – как будто даже с гордостью ответил Евгений. – Мужики клали глаз. Особенно Яровой.
– И ты решил не упустить случая? – В тоне ее прозвучали язвительные нотки. – Пригласил в гости.
– Сам, нахал, напросился. Там, на банкете. А сейчас напомнил и даже день назначил, наглец.
– А чего церемониться? Аппетиты у него о-го-го! Не мешай ему – пусть позабавится. Не убудет.
– А ты не будь циничной, – деланно возмутился Евгений. – Татьяна не из тех… что б ты знала. Она порядочная женщина и гордости ей не занимать.
– Ладно, ладно – не заводись. Лучше скажи, как сегодня? Приедешь?.. – И умиленно, зазывающе уставилась на него.
– Приду. Там все обсудим. Только давай пораньше: не хотелось бы домой возвращаться в полночь. Идет?
Она восторженно закивала головой в знак согласия.
