— Не мне вам объяснять, какую опасность представляет излучатель в руках такого человека, как Сигэцу. Сейчас делим секторы: Иан начинает поиск с отметки десяти градусов, мы — здесь. Нам с Владом придется оставить машину: таким образом, подстраховываем возможный уход Сигэцу. Иан же на своем ракетолете действует мобильно, накрывая объект по нашему пеленгу. Сходимся синхронно, условно держа Сигэцу в центре. Связь сводим до минимума. Уна остается в ракетолете под нейтронной защитой. Всем помнить, что боевое излучение запрещено. Крайне важно захватить Сигэцу живым: в его руках жизни десятков людей. Все ясно? — Щербаков опустил машину. Я повернулся к Уне:
— Мы оставляем тебя здесь и включим нейтронную защиту.
Щербаков отдраил люк, улыбнулся Уне, спрыгнул.
Я показал Уне на пульт. Спрыгнув, увидел, что Уна закрыла люк. Щербаков ждал чуть В стороне, на свободном пространстве. Показал направление: «Расходимся, тебе, туда». Войдя в джунгли, некоторое время я шел, протискиваясь между стволами, потом начал прорубаться тесаком. Пеленгатор показывает, что до Сигэцу два с половиной километра, так что не услышит. И все же, пройдя метров пятьсот, я вдруг услышал взволнованный голос Щербакова:
— Влад, сколько у тебя до объекта?
— Около двух километров.
— Приборы исправны?
— А в чем дело?
— Только что мы связывались с Ианом. Его приборы показывают, что объект прямо около меня. Совсем близко, метрах в сорока.
— А ваши приборы?
— По моим объект в полутора километрах.
— Что это значит?
— Если бы я мог объяснить.
— Тогда… Может быть, у Иана барахлят приборы?
— Один прибор может барахлить. Но все?
Эфир некоторое время молчал. Потом я услышал вздох!
— Вот что, Влад. Думаю, дело здесь не в приборах. Это тот самый парадокс. Ты ближе к ракетолету, поэтому немедленно возвращайся.
— Но…
— Пререкаться не время. Возвращайся к ракетолету и сразу же поднимайся в машину.
Включи ближний пеленг и накрывай объект. Парализующим. Ты понял?
— Связь с вами держать?
— Обязательно. Особенно когда поднимешься на борт. И с Ианом тоже, непрерывно.
Понял?
Я еще не знал, что слышу голос Щербакова в последний раз.
Я быстро пошел назад по собственным следам. Теперь прорубаться не приходилось, можно было говорить на ходу. Я вызвал Иана и сразу же спросил:
— Иан, что происходит? У тебя приборы барахлят?
— Показывают: объект около Щербакова. А что у тебя?
— Возвращаюсь к ракетолету. Павел Петрович велел ждать его там.
— Черт…
Иан вдруг замолчал. Я тут же снова вызвал его:
— Иан, ты слышишь меня? Иан? Что случилось?
— Чертовщина какая-то…По приборам объект уже рядом со мной, но я его не вижу.
Ладно, Влад, обо мне не думай. Давай в машину, я сам свяжусь со Щербаковым.
— Хорошо. — Я прошел около сорока метров и увидел ракетолет. Предупредил Уну.
Люк открылся тут же, как только я подошел. Вывалилась лестница. Поднявшись, я прежде всего задраил люк, сел к управлению. Взял небольшую высоту. Сверился — поле излучателя там же, где и было, в трех километрах. Нажал кнопку связи:
— Павел Петрович? Алло? Павел Петрович, это борт.
Щербаков не отвечал. Я снова нажал вызов:
— Павел Петрович, вы меня слышите? Павел Петрович? Алло, борт вызывает Щербакова! Борт вызывает Щербакова!
Эфир молчал. Я взглянул на пеленгатор: по импульсам Щербаков оставался там же, где был. В полутора километрах от поля излучателя. Вызвал Иана:
— Иан? Иан, это борт, ты слышишь меня? Иан? Ты где, Иан? Алло? Борт вызывает Сайко! Борт вызывает Сайко!
Иан тоже не отзывается. Я поймал растерянный взгляд Уны. Ждать помощи больше неоткуда, но мне сейчас так нужна подсказка, именно подсказка. Я совершенно не представляю, что могло случиться. Кто-то блокировал эфир, но кто? Я закрыл глаза. Надо собраться, собраться и… оставаться спокойным. И прежде всего выполнить приказ Щербакова. Я взглянул на прибор: до излучателя пятьдесят метров. Хорошо: для верности включу рассеивающий луч. Развернул правое орудие, довел шкалу радиуса до ста и дал парализующий. Теперь все живое в радиусе ста метров от точки должно быть обездвижено. Включил аварийный вызов:
— Борт — Щербакову и Сайко. Борт — Щербакову и Сайко. Приказ выполнен, спускаюсь к объекту. Потом лечу к Щербакову.
Подождал. Никто не отзывается. По прибору излучатель прямо подо мной. Я проверил защиту.
— Уна, спущусь ненадолго, оставайся на месте. Экран включен.
Выбросил лестницу, спустился и почти тут же увидел собственный излучатель. Рядом никого не было, но на всякий случай я осмотрел заросли. Везде застыла парализованная живность: неподвижные насекомые, ящерицы, раскрывшие крылья птицы. У излучателя присел: никаких следов. Ощущение, будто оружие просто бросили. Вдруг я услышал голос Иана:
— Влад? Влад, ты где?
— Иан? Я здесь, в точке, а ты где?
— Преследую Сигэцу. Подожди, я не успею сказать, С трудом тебя нашел, кто-то, закрыл эфир. Почему не отвечает Щербаков? Лети к нему. Сейчас я его возьму.
— Кого? — Сигэцу. Меня выбросило.
— Как — выбросило?
— Я…— И тут связь оборвалась.
— Алло, Иан! — крикнул я. — Иан! Сайко! Иан, где ты?
