Я включил прибор ночного видения. Вспыхнул экран, поползла стрелка развёртки. Круговой инфралуч должен был выявить всё живое, что было сейчас под нами в радиусе до пятисот метров. Вот скопление точек величиной с булавочную головку — скорее всего птицы, ночующие в джунглях. А может быть, летучие мыши. В углу возник, пополз, остановился, опять задрожал медленно передвигающийся штрих. Похоже — мелкое ночное животное. Стоп. Это ещё что такое? Крупные пульсирующие пятна, застывшие в довольно правильном порядке. Странно. Живые организмы, и довольно крупные — до метра в диаметре. Что они, спят? Похоже. Но почему их расположение напоминает шахматную доску? Иан присвистнул: недалеко от этих пятен на экране возник вертикальный силуэт. Я сверился с масштабом — рост существа почти два метра. По прямой оно находится сейчас от нас метрах в трёхстах. На таком расстоянии, да ещё с непрерывными помехами от стволов трудно понять, что это: силуэт выглядит нечётким, расплывчатым. Иан пригнулся к экрану, посмотрел на Щербакова:
— Может быть, это он? Больше ведь некому, Павел Петрович?
— Как будто… — Щербаков кивнул. — Влад, запроси, видит ли он нас?
Я послал вызов — строго по коду. Набор моих цифр переводился просто: «Мы над вами. Видите ли нас?»
Тут же пришёл ответ. На дисплее зажглась расшифровка: «Как вы оказались здесь?»
Щербаков закрыл глаза: вопрос правильный. Я ответил: «Мы здесь случайно».
В ответ зажглось: «Значит, случай счастливый. Спускайтесь, я прямо под вами».
«Понял». — Я подумал: внизу, в джунглях, сейчас кромешная тьма. Как его искать? — «Не выключайте радиолуч. В темноте вас будет трудно найти».
«Хорошо, луч оставляю».
«Мы спускаемся».
Сеанс связи был окончен. Щербаков забарабанил пальцами по спинке кресла, вздохнул:
— Вы хорошо помните свои имена?
— Меня зовут Бедар Мерано. — Я тронул пришитый к комбинезону личный знак. — Второй пилот.
— А я — Уккоко Уиллоу, штурман. — Иан улыбнулся.
Щербаков поднял бровь, почесал её средним пальцем, будто пытаясь стряхнуть что-то.
— Кажется, пока всё без неожиданностей, никакой ловушки нет, и всё-таки… Уж больно всё легко. Подстраховывайте друг друга.
— Хорошо. — Я поднялся.
— Мне кажется, к нему лучше подойти, двигаясь не вплотную, а на некотором расстоянии, — заметил Иан. — Один входит в контакт, другой тем временем с оружием наготове наблюдает из укрытия. Держа связь с вами.
— Пожалуй, — согласился Щербаков. — Так и действуйте.
Я надел шлемофон, проверил личное оружие, нагрудные приборы. Оружие в порядке, боезапас на максимуме. Ручной излучатель — раз. Микропеленгатор — два. Инфраочки — в них можно увидеть в темноте любое живое существо на расстоянии до двухсот метров — три. Микрорация с блокировкой от подслушивания — для связи с Ианом. Кажется, всё. Мы с Ианом подошли к люку, Щербаков сказал, пересаживаясь на кресло пилота:
— Нам важно выяснить о нём как можно больше. Один ли он здесь? С какой конкретно целью заслан на Иммету? Есть ли у него сообщники на Орбитальной? Ну и многое другое. Он должен быть заинтересован в скорейшем получении груза, и самое лучшее — чтобы он поднялся сюда, в ракетолёт. Остальное — по обстоятельствам.
Иан откинул люк.
— Удачи, — сказал Щербаков.
Я кивнул:
— Постараемся, Павел Петрович.
В открытый люк ворвался тёплый ветер. Настоящий ветер, настоящие запахи… Я выглянул в темноту и задохнулся от свежего воздуха. Иан ткнул меня в спину, протягивая бухту спусковой лестницы. Я протянул руку назад, нащупал лестницу, сбросил вниз; звякнули алюминиевые ступеньки. Подтянувшись и встав на ступеньку ногой, навалился, проверяя крепление. Всё в порядке. Перекинул вторую ногу, стал спускаться. Пересчитав несколько ступенек, остановился — прямо у моего лица шевельнулись длинные широкие листья. Пальма. Или что-то похожее на пальму. Планета, пригодная для жилья; я и не представлял, что это такое счастье. От листьев шёл слабый, терпкий, незнакомый запах. Я поднял голову и увидел Иана. Он кивнул: «Что?» Я ответил кивком: всё в порядке. Стал спускаться, нащупывая алюминиевые рейки. По натяжению лестницы почувствовал, как за мной спускается Иан. Добравшись до последней ступеньки, на всякий случай тронул почву носком: мало ли, вдруг здесь болото. Нет, почва была твёрдой. Я встал, рядом спрыгнул Сайко. Мы прислушались: радиолуч по-прежнему посылает пеленг, отдаваясь в наушниках мерным попискиванием. Пеленг идёт со стороны моря, чуть справа; счётчик показывает, что до источника меньше двухсот метров. Я повернулся в эту сторону. Лес шумит, от деревьев, почвы, травы доносятся незнакомые запахи. Нет, они всё-таки мне знакомы, выдают себя безошибочно. Это запахи жизни.
— Ты что-нибудь видишь? — спросил Иан.
Я понял, он спрашивает о резиденте, который ждёт нас где-то близко. Нет, силуэта человека я пока разглядеть не мог. Скорее всего он скрыт деревьями.
— Если не считать мелочи, ничего. А ты?
— Тоже. Но сигнал есть.
— Разделимся? — Я поднял инфраочки. Ну и темнота!
