Голубой свет полностью

Женщина. Я знаю, что вы не сделали ни одного…

Лени. Я — фотограф.

Женщина. Да, да, я знаю -

Лени. Знаете? Знаете что?

Женщина. Ну,… Я знаю, что вы никогда больше…

Лени. Никогда что?

Женщина. Не сняли ни одного фильма.

Пауза.

Лени. В отличие от того, что вы думаете, я сама так решила.

Женщина. О!

Лени. У меня были возможности… но по многим причинам я решила не делать этого.

Женщина. Понимаю. А теперь?

Лени. Теперь я хочу снять один фильм. Этот.

Пауза. Женщина не уверена, как ей ответить.

Я знаю, о чем вы думаете. Она старая, практически старуха, вряд ли у нее хватит сил сделать новый фильм. Она не сможет довести его до готовой продукции. Черт, возможно, она даже не успеет дойти до рабочего варианта.

Женщина. Конечно, не дойдете.

Лени. Ну, это же глупо. Ну, пожалуйста. Признайтесь. Вы же думаете, что? Что этой старой леди …сколько? Почти сто лет…? Это же глупо

Женщина. Нет…

Лени. А как насчет Уайлдера? Он ведь не был юным цыпленком. А Хьюстон, Джон Хьюстон? Он ведь практически был уже мертвым, когда он сделал тот фильм, как он там назывался, его последний фильм? «Мертвец»?

Женщина. Ну, это немного другое…

Лени. Что?

Женщина. Я не знаю. Они делали фильмы и -

Лени. И однажды они умерли. (Пауза). Но я не такая.

Женщина. Вы…другая.

Лени. Почему? Потому что я не продолжала делать фильмы?

Женщина. Потому что…

Лени. А…Потому что я стала фотографом….

Женщина ничего не говорит.

Правильно. Я не знаю, почему я продолжала я этим заниматься. И никогда не прекращу…

Женщина. Простите.

Лени. Пока я не умру…

Она встает и хватает свое пальто со спинки стула. Ее шатает, и она внезапно падает…

Женщина. Ой…Она умерла? О Боже!

Фанк. Снято! Прекрасно, Лени!

Женщина. Вы в порядке?

Лени. Черт. Все нормально.

Блоха(Помогая Лени встать) Боже…вы в порядке?

Лени. Йа, йа, йа…

Женщина все еще смотрит на Лени. Теперь она молодой Помреж.

Фанк(Ей). Ну что вы уставились? Ради Бога, займитесь чем-нибудь!

Помреж. Да, господин Фанк..

Фанк. Подготовьтесь к сцене обвала!

Женщина выходит. ФАНК отходит к своей съемочной группе.

Блоха. «Великолепная Лени!» … Должно получиться.

Лени. А ты что, ревнуешь?

Блоха. Я никогда не слышу: «Блоха, я знаю, что мы только что сбросили с горы ведущую актрису, которая сидела у вас на закорках, и вы не только выжили после этого, но и сделали так, что ваша камера продолжала снимать, в результате чего мы отсняли один из самых невероятных, почти смертельных эпизодов, каких до этого в кино не было. Это гениально, Блоха!».

Лени(Смеясь). На что ты намекаешь?

Блоха(Смеясь.). Да ни на что… Я просто хочу сказать, что с каждым днем все это делает Великую Войну все больше и больше похожей на каникулы.

Лени. А может быть, поменяемся? Я буду снимать, а ты играй мою роль, роль несчастной Марии, только что вышедшей замуж и вынужденной выживать в этом диком…

Она принимает драматическую позу.

«Белый Ад» это как раз…

Блоха. Не пожелал бы своему самому заклятому врагу такой историиI.

Лени. А что ты хотел? Ведь Арнольд — геолог, а не кинорежиссер.

Блоха. Ага. Но год назад я был лыжником, а не кинооператором.

Лени. …а я танцовщица… не актриса.

Блоха. Пожалуйста… (Тихо). Ему повезло, что у него есть ты.…

Блоха улыбается ей. Пауза. Фанк это видит.

Фанк. Блоха!

Блоха. Да, да, да. (Лени). Пойду играть роль Всемогущего… Надо осветить Арктику…

Он присоединяется к Фанку, и они возобновляют работу. Лени через плечо наблюдает, как он уходит. Потом смотрит на горный перевал.