Двадцать восьмого марта студенты вернулись на учебу. Естественно, первое же, что она сделала за завтраком — выискала среди слизеринцев знакомую черноволосую голову. Но Северус смотрел в противоположную от преподавательского стола сторону все время, когда бы Мия не бросала осторожный взгляд, пока не покинул Большой зал. Интерпретировать как-то позитивно его поведение у неё не вышло, так что внутреннее напряжение начало накапливаться с самого утра.
Слизнорт был рассеян и чересчур драматичен, обсуждая с каждым классом трагедию. Поэтому всё учебное время она держалась у него на подхвате и была вынуждена остаться на обед в его кабинете — он настаивал, а у неё не было никаких вразумительных аргументов против. Может, и к лучшему. В перерыв они со Снейпом всё равно смогли бы только поиграть в гляделки, сидя каждый за своим столом, и едва ли перекинуться парой ничего не значащих слов в коридоре. Уж лучше было отложить на вечер.
Но и тут её ждало разочарование. Староста Пуффендуя, странно, что не Лили, зашел за ней сразу после заключительного урока и передал сообщение от Дамблдора. Пришлось конечно же идти. В последнее время с собраниями они что-то зачастили, но это было закономерно. Снейп не поджидал её под дверью и не наткнулся «случайно» по дороге, а уроков зельеварения у старшекурсников сегодня не было в принципе.
Не успела она зайти в кабинет, как из камина, в кои-то веки зажженного, выскочил Аластор. Его штанина попыталась загореться, но он погасил её небрежным движением палочки.
— Этот засранец удрал! — выпалил он, выглядя рассерженным и как будто восхищенным одновременно. — Ещё и подарок оставил.
— Полагаю, Рональда вы не нашли? — ничуть не смущаясь её присутствием уточнил директор.
— Нет, — скривился Грюм и небрежно бросил на стол кольца.
Её пару и одиночный экземпляр, очевидно, принадлежавший Рону.
— Вы пытались вычислить его местонахождение через Протеевы чары? — поинтересовалась она миролюбивым тоном.
Можно было не волноваться. По крайней мере пока Рон был в безопасности. Условно. Хотя бы от Грюма и его одержимости.
— Да, мадам Фицрой, — ответил директор. — Он связывался с вами ещё несколько раз, так что, в конце концов, мы смогли выяснить его примерное расположение.
— Вы всерьез верили, что он не понимает, что разговаривает не со мной? — уже откровенно фыркнула она.
— Стоило попробовать, — опять объяснился Дамблдор.
Пока Грюм, судя по всему, пытался сдерживаться, чтобы не начать грубить. Он был явно перевозбужден из-за бессмысленной погони.
— Но теперь вы наш последний шанс, мадам Фицрой, — все же смог высказаться Аластор. Правда, наиграно высокопарно.
— Ничем не могу вам помочь — я ничего не знаю.
— Вы знаете Рона, — уцепился Грюм, его взгляд стал знакомо изучающим. — Он ваш близкий друг.
— Да, но…
— Где он может прятаться?
— В сотнях мест, включая те, о которых я даже не подозреваю, — она с беспокойством посмотрела на Дамблдора. — Вы же в курсе, что я…
— Ни черта не помните, — подтвердил свою осведомленность Грюм. — Очень удобно.
Значит, директор действительно решил подпустить его ближе к их секретам.
— Блок в моем сознании вполне реален, удобно это или нет.
— Просто сделайте предположения, мадам Фицрой. Могу уверить вас, что во всех очевидных местах мы уже проверили, — надавил Дамблдор.
— Даже если бы я искренне этого хотела…
— Ему же будет лучше, если мы найдем его быстрее моих коллег и Пожирателей.
— Ни те, ни другие понятия не имеют, кого ищут.
— Вы уверены? — Аластор шагнул к ней и положил руку на спинку кресла. Это нервировало.
— У аврората имеются какие-то зацепки?
— А у Пожирателей имеетесь целая вы.
— О чем вы?
— Вы очень сблизились с мистером Снейпом в последнее время.
— И что с того? Не думаете же вы, что я ему что-то рассказываю про Рона или в принципе.
— В постели у многих развязываются языки.
— Да как вы смеете!..
— Мадам Фицрой, — тихо, но вкрадчиво перебил её Дамблдор. — Я не сомневаюсь в вас и в природе вашего интереса к мистеру Снейпу, но я не могу со всей уверенностью сказать того же про него.
— И я разделяю ваши опасения и весьма с ним осторожна.
— Осторожности может быть недостаточно. На каком уровне находятся его умения по части ментальной магии?
Она уже открыла было рот, чтобы огрызнуться, но нахмурилась и сохранила выдержку:
— На хорошем. Но недостаточном, чтобы пробить мои щиты.
— Я доверяю вашей оценке. Однако, по моей вине вы были сильно дестабилизированы вечером в Пасху, когда мистер Снейп навестил вас. Как вы считаете, мог ли он воздействовать на вас тогда?
Мия сжала челюсть.
— Я не знаю.
— Он применял к вам магию?
Серьезно, Грюм донес ему и про это? Дамблдор, может, и считал, что у нее нет личной жизни, но Аластор-то чего разболтался, как будто его это не касалось напрямую? Решил все же отомстить?
— Да, — отрывисто бросила она.
— У вас имеются пробелы в памяти в тот период?
— Я… Я теряла сознание, — и теряла сейчас лицо. — Или заснула. Сложно сказать.
— Зимой вы беспокоились, что он не сможет успешно наложить Обливиэйт. Как вы оцениваете его сейчас?
