— Здорово, зема. — Неожиданно постучав в стекло испугал я водителя. Открывай.
— А это вы! — Узнал он меня, но дверку открывать не торопился, лишь на два пальца опустив стекло спросил. — Что вам опять от меня надо.
— Сказать чтобы ты ехал назад на фирму. Твоя хозяйка больше ездить не будет.
— Это почему же? — Вполне резонно поинтересовался он.
— Потому что она мертва.
— Как мертва? — Задал он совершенно дурацкий вопрос.
— Очень просто. — С раздражением ответил я. — Где находится ваша фирма "Эдит"?
— В Старом городе. На втором этаже магазина "Стиль". — Автоматически ответил он. — А что с ней случилось? Или вы шутите?
— Парень, такими вещами не шутят. Но можешь убедится сам. Квартира у неё опечатана. Ты мне скажи вот какую штуку. Из ваших сотрудников кто нибудь имеет красную или вишневую "Ниву"?
— Нет. — Наконец — то открывая дверку растерянно ответил он. — На белой ездит коммерческий, а красной нет ни у кого. А вы правду говорите?
Не удостоив его ответом я зашагал на автостоянку.
Сторож Самохин встретил меня как самого близкого и желанного друга.
— А я уже давно вас жду. Тачку вашу помыли, почистили, даже внутри все протерли. Вот она стоит, красавица. Вы уж простите меня, но я не знал, что она понадобиться вам вчера вечером.
— Да пошел бы ты куда подальше, видеть твою паскудную рожу не могу.
В сто двадцать первый кабинет я постучался ровно в десять часов.
— Входите. — Последовало дружеское приглашение, которому я и последовал.
В крохотной комнатке стояло три стола шкаф и обязательный сейф. В общем перестройка в жизнь рядового следователя не внесла никаких корректив. За центральным столом сидел кореец, а остальные два были свободны.
— Добрый день. — Тускло и безразлично поздоровался я. — Гончаров К И по вашему приказанию прибыл.
— Присаживайтесь Гончаров К И. — Чуть заметно усмехнулся Ким. — Что то ви у вас помятый. Словно вы всю ночь не спали. Машина нашлась?
— Да, я на ней и приехал. А я действительно не спал. Помятуя известное правило о том, что преступник всегда возвращается на место своего преступления, я всю ночь просидел напротив подъезда.
— Ну и что же? Он вернулся? Вы его схватили? — Откровенно засмеялся он.
— Нет еще, но обязательно схвачу.
— Я вам советую оставить все ваши, никому не нужные поползновения, и предоставить это нам. Каждый должен заниматься своим делом.
— Каждый должен заниматься тем, что он может.
— Однако вы высокого о себе мнения.
— Да не в этом дело. — Поморщился я. — Мне совершенно наплевать на амбиции. Убита женщина, которая мне была дорога. Так что сидеть сложа руки и ждать пока ваша неуклюжая машина начнет проворачивать шестерни я не вправе.
— А я не вправе позволить вам путаться у нас под ногами и мешать следствию.
— На том и порешим. — Устало согласился я. Можете считать, что никакого разговора между нами и не было. Сейчас десять часов, скажите, какие нибудь шаги по делу Яремчак — Зайцевой уже предприняты?
— Да, я доложил об этом на оперативке.
— Похвально. А сколько на вас в данное время висит дел?
— Полтора десятка, да ещё три тупиковых, но почему это вас должно волновать? Ведь убийство. Его должна затребовать прокуратура.
— Она и затребует, а работать прийдется вам.
— Наверное. Ну ладно, давайте оставим этот бессмысленный разговор, а займемся писаниной. Без неё никуда не денешся.
Через десять минут подписав протокол, я все таки не удержался и спросил.
— Владилен Николаевич, если ето не государственная тайна, то кто и как вам дал знать об убийстве Татьяны Александровны?
— Без трех минут девять в дежурную часть позвонили из автомата и женский голос сообщил, что по известному вам адресу совершено убийство. Это сообщение мы передали ППС и попросили проверить. Через пять минут они ответили, что в квартире работает телевизор, но дверь никто не открывает. Тогда мы с Ильиным выехали туда сами. Взломали замки, а вскоре появились вы. Что вас ещё интересует?
— Вам не кажется странным, что убийство было совершено часов в шесть или семь, а сообщили о нем только в девять?
— Да, определенное несоответствие тут есть.
— Мне так же кажется странным ещё и тот факт, что приглашенная Татьяной Евгения Родионова, так там и не появилась.
— Будем работать. Что я могу вам ещё сказать.
— Я хотел бы поделиться с вами той информацией, что мне удалось собрать за ночь. Возможно она к настоящему делу никакого отношения не имеет, но все же…
— Говорите, я вас слушаю.
— В семь часов вечера, то есть именно тогда, когда могло совершиться убийство, девчонка побирушка попросила три рубля у некого господина только что вышедшего из третьего подъезда. Он побледнел и от испуга выбросил ей аж целый полтинник, после чего не мешкая ни секунды сел в свою "Ниву" и ударил по газам. Интересно?
— Думаю, что очень даже интересно.
— Ну тогда я пошел. — Вставая сообщил я.
— Не торопитесь, Гончаров. — Вставая из‑за стола улыбнулся он. Перестаньте шутить или мне прийдется вас задержать. Какого цвета была машина, как выглядел он сам? Во что был одет и где мне найти эту девчонку?
— Но я не хочу путаться у вас под ногами.
