В недалеком будущем покорение космоса становится спортом. Мы больше не смотрим "Ралли Париж-Дакар". Мы смотрим как покоряют Марс.
ТРИ
Есть вещи на которые люди, где бы они не находились реагируют одинаково. Неважно на какой планете ты сейчас, но когда твой транспорт слегка встряхивает после очередной колдобины, ты наверняка поморщишься словно от укуса насекомого и тихо выругаешься. Вот и сейчас марсоход залетел колесом в яму и весь экипаж словно по команде скривился.
–Серег, ну я вот говорил, что по Южному Хребту нужно обходить! – в который раз буркнул водитель.
–Игорь, через «Южный» крюк пришлось бы делать и часа два потеряли бы, – устало ответил командир.
–Там подъем более пологий, «Буханку» видишь мотает уже второй час, – продолжал ворчать Игорь.
Командир не ответил. Во-первых, пререкаться с младшим по званию он не считал нужным, во-вторых, это не имело никакого смысла: Игорь свято будет убежден, что крюк через Южный хребет сберег бы его любимую «Буханку». Вообще-то, официально болид-марсоход назывался «БX-105», но, разумеется, русская команда придумала как-то сразу и между делом новое и простое название, которое было привычным для уха: буханка.
–Наши коллеги не отстают – с заднего сиденья коротко отрапортовал инженер-механик. – В километре идут от нас.
–Все три экипажа? – спросил командир.
–Нет, «европа» и китайцы свернули на Южный, – ответил инженер. – Только американцы идут.
–Очень хорошо, – сказал Игорь. – европейцы и китайцы свои марсоходы сберегут на пологом подъеме, а американцы по нашей колее проедут. Одни мы самые умные.
–Командир, я предлагаю в качестве налаживания дружеских отношений отдать Игоря в команду США, – подал голос с заднего сиденья инженер-механик.
–Я тебя отдам! – возмутился Игорь. – Нет, вы посмотрите на него, я значит его везу, он там на заднем сиденье развалился, да еще и ноги вытянул, а он меня отдать!?
Командир только покачал головой и закрыл глаза. Он невольно улыбнулся, слушая продолжающуюся перепалку инженера с водителем. Игорь перечислял все свои многочисленные заслуги перед экипажем, в то время как инженер-механик Андрей, по его словам, являлся бездельником, которого он вынужден везти чуть ли не на собственном хребте. Почему-то командиру сразу вспомнился отрывок из старого-старого фильма «Брат». Он даже представил, как Игорь поворачивается назад и с характерным акцентом спрашивает: «Чего орешь?».
Марсоход снова тряхнуло и командир очнулся от дремы. Последний этап миссии «Олимп» продолжался уже пятнадцатый сол и тесное пространство «Буханки» не могло не сказаться на состоянии экипажа. Было тяжело, причем не просто физически, но еще и морально. Это был третий пилотируемый полет на Марс, но именно в этом полете решалось слишком многое для экипажа, да и для всей страны: миссия «Олимп» официально была первой межпланетной гонкой в истории человечества. Причем коммерческой.
Долгие годы страны соревновались между собой в том, кто же будет первым: кто первый отправит спутник, кто первый выйдет в открытый космос, кто первый высадится на Луну. Оборонные комплексы СССР и США тратили миллиарды на покорение космоса, во всех этих «первых» достижениях была замешана политика… но потом в покорении космоса стал замешан спорт и, самое главное, деньги. В какой-то момент выход в космос перестали воспринимать как соревнование государственных машин, а покорение космоса стало спортом: с рекламой, промо-акциями, пресс-конференциями и даже потасовками на них. В какой-то момент человечество, которое сначала ставило рекорды в беге, прыжках, плавании вдруг решило, что покорять космос – это тоже спорт. И теперь мир, который раньше мог смотреть «Ралли Париж-Дакар», теперь смотрит гонку марсоходов по маршруту «База 1. Росс – Олимп».
Четыре команды: европейская, китайская, американская и русская соревновались в покорении Олимпа, самой высокой горы Солнечной системы. И вот спустя двести тридцать суток полета, спустя пятнадцать солов пути в «Буханке», их отделяют какие-то двадцать километров до обозначенного в соревновании пика. Двадцать километров и одна из команд завоюет первое место: они поставят свой флаг на самой высокой точке Солнечной системы. Еще двадцать километров и кто-то из этих четырех команд войдет в историю. И сейчас русский болид шел первым. Конечно, Сергей понимал, что американцы в любой момент могут попробовать пойти на обгон, но хитрые янки предпочитали почти всю трассу идти по проторенным следам русского марсохода, экономя энергию и оберегая технику.
Когда марсоход вдруг стал быстро скатываться по склону, Сергей сначала даже не понял, что произошло. Просто в один миг в передней части марсохода послышался громкий хруст, потом он услышал короткое емкое слово от водителя Игоря и машина стала с грохотом скатываться вниз. Перед тем как машина ухнула, командир почему-то подумал, как удивятся американцы, когда увидят, как до этого всё упрямо карабкавшаяся выше и выше машина вдруг резко исчезает из их поля зрения. Вот удивятся поди. Подумают, что эти хитрые русские снова их пытаются обдурить.
