В отличие от заводских рабочих, ставших сопровождающими по договору, которые работали в Центре контроля, советские социальные сопровождающие были почти все из других мест, кроме Воткинска. В основном это были недавние выпускники колледжей, которые изучали английский язык и отбывали свои два года обязательной службы в обмен на бесплатное образование. Хотя большинство из них были набраны из Москвы, некоторые приехали из Ижевска, а также из других региональных университетских систем. Многих привлекла перспектива тесного сотрудничества с американцами (некоторые полагали, что они поедут в Соединенные Штаты в рамках своей работы). Никто не ожидал, что их отправят в Воткинск, и жизнь в таком отдаленном месте была для них таким же шоком, как и для американских инспекторов. В то время как обе стороны изначально были несколько сдержанны в отношении работы в непосредственной близости с людьми, которых они были обучены рассматривать как потенциально враждебных (Советы должны были сообщать о своих взаимодействиях с американцами в Первое управление [безопасности] Воткинского завода, который действовал под наблюдением местного КГБ, в то время как американцы были инструктированы обращаться с советскими социальными сопровождающими (почти исключительно привлекательными молодыми женщинами как с вероятными агентами сексуальной ловушки, известными как «Ласточки»), в конце концов здравый смысл взял верх, и, насколько это позволяли правила борьбы с братанием, строго соблюдаемые как американской, так и советской сторонами, отношения между американскими инспекторами и советскими социальными сопровождающими стали дружелюбными, если вообще не дружескими.
7 декабря Советская Республика Армения пострадала от землетрясения, в результате которого погибло от 30 до 50 тыс. человек и еще 130 000 получили ранения. Сотни тысяч остались без крова, а беженцев отправили в общины по всему Советскому Союзу, где им было предоставлено временное убежище. В рамках усилий по оказанию помощи армянским беженцам, которые были отправлены в Воткинск, местные власти организовали 17 декабря субботник, или рабочий праздник. Свободные от дежурства американские инспекторы пожертвовали на это свое время и труд, в дополнение к сбору более 700 руб. (около 1120 долларов США) в виде добровольных взносов. Доброжелательность, вызванная этим жестом, была огромной.
Подполковник Рой Питерсон сделал свою первую поездку в Воткинск незабываемой, организовав инспекторский хор, который провел дни и недели, предшествовавшие рождественским праздникам, угощая различных советских зрителей традиционными рождественскими гимнами. Выступления были сделаны перед городским торговым советом, различными школами и в канун Рождества на рынке под открытым небом, где жители Воткинска вежливо наблюдали, как инспекторы пробирались через репертуар праздничной классики.
26 декабря Советы из отдела 162 принимали инспекторов США на совместном праздновании Рождества и Нового года в кафе «Космос», на котором присутствовали более 100 человек. Советы накормили своих американских гостей прекрасным ужином, а затем развлекли их играми, песнями и танцами. Дед Мороз (советский Санта-Клаус, которого играл один из заводских рабочих) появился, чтобы передать подарки инспекторам, прежде чем отправиться на объект контроля, где он встретился с дежурным американским персоналом (как дежурный офицер в ту ночь, я могу засвидетельствовать о том, насколько желанным был этот визит).
Как и в случае с Соединенными Штатами, Рождество было волшебным временем для советских граждан Воткинска. В каждой школе для детей было организовано тщательно продуманное рождественское представление (инспекторы были приглашены посетить некоторые из них). 30 декабря Воткинская городская дума открыла «Город-сказку» — небольшую деревню ледяных скульптур, установленных специально для детей на главной площади в центре Воткинска. Дюжина инспекторов, включая меня, посетили это открытие и обнаружили, что наш внутренний ребенок раскрепостился, когда мы играли с детьми среди искусно вырезанных статуй. А в канун Нового года Советы открыли свои дома для инспекторов, чтобы встретить Новый год в духе дружбы, которой никто не мог себе представить, когда договор был подписан чуть больше года назад.
