Гонка за смертью полностью

– Я, разумеется, просто обеспокоена благополучием моей семьи.

– Точнее – своим собственным, – закудахтал Безел.

Сизин захотелось отвесить соколу оплеуху – да такую, чтобы его разорвало в клочья. Он был не только полуживым, но и полубезумным. Наглость Итейна не шла ни в какое сравнение с дерзкими речами Безела. Высокомерную заколдованную птицу семь лет назад подарил Сизин ее бывший жених, принц Филар. Этот глупец с Разбросанных Островов даже не знал, на что способен колокольчик, а она не потрудилась вернуть вещицу, когда отвергла его предложение руки и сердца.

С тех пор отец постоянно вел войну с княжеством Филара, а птица стала шпионом Сизин.

– Ты исполнишь мой приказ?

Безел прижал крыло к клюву, словно задумавшись.

– Как твой отец относится тому, что его жена ушла? – спросил он. – Полагаю, он все еще в своем убежище?

– Император заперся у себя и по-прежнему не выходит. Ничего не изменилось, если не считать того, что теперь его указы передаю я.

– Твой отец – мудрый человек. Говорят, что вы, королевские особы, рождаетесь с кинжалами в руках.

Сизин постучала ногтем по серебряному колокольчику.

– Так говорят не зря, птица. Ну что, мы договорились?

Безел наклонил голову; его глаза-бусины неотрывно смотрели прямо на нее.

– Да. Но ты дашь мне четырех самок. В день.

С этими словами он камнем упал с перил, и Сизин потеряла его из виду, но слышала его резкий крик, поднимавший с насестов облака голубей и попугаев.

Сизин снова посмотрела на пыльный горизонт; теперь, когда острые глаза Безела удалось купить, она наконец смогла немного расслабиться. Вздохнув, она почувствовала, как бурчит у нее в животе.

Итейн прав: интриги действительно пробуждают аппетит.

– В шеренгу СТАНОВИСЬ!

Рев полковника оглушил меня еще до того, как нам разрешили выйти из телеги. Времени жаловаться не было: кто-то дернул за веревку, и я упал лицом в грязь.

Пока я пытался осмотреться, меня заставили встать и втолкнули в ряд. Я слишком погрузился в свои грезы и не заметил, как мы прибыли в жилище Хорикс. Я посмотрел вверх, на узкую пирамиду, которая вытянулась в небо. Пять граней – я считал. Окна башни, глубоко утопленные в камень, были похожи на старые шрамы от оспы. Наклонные стены прерывались немногочисленными балконами. Я заметил несколько где-то в середине и еще один рядом с вершиной шпиля. На нижних балконах сидела стайка хихикающих ярко-зеленых попугаев.

Нас привели на двор, закрытый огромными каменными плитами, установленными на простые колонны. Здесь в каждом углу парили призраки в серых одеждах слуг. На одеянии каждого было вышито черное перо – символ рабства.

Перед нами стоял лысый дородный мужчина; его кожа блестела от жира и пота. Он явно обожал шелка и поэтому был закутан в них с ног до головы. На его груди и под мышками расплылись темные пятна. Его предплечья украшали многочисленные браслеты, сделанные из панцирей жуков и костей.

Рядом с ним находился призрак с пустыми глазницами – тоже лысый, но состоящий из одних углов, словно ограненный драгоценный камень. На его острых плечах висел серый балахон, также с черным пером и – предположительно – гербом вдовы. Он изучал нас, новичков, и хотя у него не было глаз, я почувствовал на себе давление его взгляда. Вероятно, при жизни он еще мог видеть. Его гримаса подсказала мне, что мы не слишком ему понравились.

– Что за отбросы госпожа купила на этот раз, полковник?

– Для наших целей они прекрасно подойдут, Ямак. Не морщи лоб, ты и так у нас уродец. – Калид бросил толстяку свиток. Тот неуклюже поймал его и передал призраку.

– Зачитай его, Векс.

Призрак откашлялся.

– Джеруб.

Немного помедлив, я поднял руку. Мне не нравилось играть новую роль, но, если честно, я совсем не хотел, чтобы меня снова избили. Кто знал, что существование после смерти может быть настолько безрадостным?

– Бела?

Женщина из Скола подняла руку.

– А ты, значит, Мамун.

– Мфгхм.

Ямак всплеснул руками.

– Твою ж мать! У него еще голос не наладился!

– Успокойся, – сказал Калид.

– Векс, одень их. Вот этому дай шарф, а парнишке – шапочку.

– Уборка?

– Пока да. Мальца отправь на кухню.

– Понял.

Калид отпустил наши веревки, и мы пошли вслед за Вексом. Ямак остался, чтобы о чем-то пошептаться с полковником.

Внутри башня оказалась величественной и просторной; в огромных каменных плитах были вырублены коридоры со сводчатыми потолками и широкие лестницы.