– Он сказал, что я, то есть Беата, не ушла от своей судьбы. Что с детства была предназначена ему, Марку, и теперь буду его покорной рабыней. Он так и сказал «покорной рабыней». Потом он говорил, что будет бить меня каждый раз, пока я не стану языком слизывать пыль с его сапог. Ты его убил?
– Почти… А как случилось, что Алкид вырвался?
– Я хотела тебе рассказать, но ты перебил меня. Когда мы вышли на дорогу, я еще была в сознании. Марк сел сзади меня на Ласточку, а Алкида держал за повод. Старик бежал рядом, ухватившись за стремя. Затем нас настиг Шарик. Марк велел старику сесть на Алкида, чтобы побыстрее уйти от погони. Когда старик взобрался в седло, Алкид встал на дыбы, вырвал повод у Марка. Старик вылетел из седла, а Алкид, почувствовав, что ты идешь следом, помчался назад.
Итак, все прояснилось. Я посмотрел вверх, где в ветвях дуба затаился второй бродяга. Тот стоял на толстой ветви, прижавшись телом к стволу, наивно предполагая, что его еще не заметили.
– Эй! – крикнул я. – Слезай!
Тот остался неподвижным. Я поднял автомат и сделал вид, что целюсь.
– Сейчас! Сейчас! Одну минутку! Подождите! – заторопился бродяга. – Уберите собаку!
– Шарик, сюда! – позвала Елена, присев на корточки.
Пес, скуля, подполз к ней и уткнул морду в колени.
– Бедный ты мой, бедный! – ласково заговорила Елена, гладя его по голове.
Шарик заскулил громче.
Мужичонка тем временем слез с дерева и остановился у ствола, не решаясь сделать шага. Я всмотрелся в его лицо, которое показалось мне знакомым. Это был Егор, которого семь лет назад мы задержали вместе с Катей и ее подругами с тушей убитого лося. Мы еще тогда, после разгрома банды Бронислава, удивлялись, куда он мог исчезнуть. И вот теперь этот Егор объявился в компании с Марком. Что свело их вместе? На нем была куртка из шкуры косули, мехом наружу и такие же штаны до колен. На ногах нечто вроде грубо сшитых индейских мокасин.
Я стал его расспрашивать. Поначалу он не узнал меня, а когда узнал, еще больше испугался. Выяснилось, что Егор подъехал тогда к своему селу как раз в самый разгар бесчинства банды Бронислава. Ошибочно приняв банду за нас, он скрылся в лесу и вернулся в село только через месяц, когда оно опустело и жители перебрались в наше расположение. Он облюбовал себе один из домов и прожил там два года, пока случайно не встретился с Марком.
– С ним был еще один, – пояснил Егор, – но однажды они ушли, и потом Марк вернулся без него.
– Он тебе ничего о нас не говорил?
– Как же! Рассказывал. Он тогда и сказал мне, что его товарища убили вы.
– Возможно, – согласился я, вспоминая облаву после второго покушения на меня, когда мои бойцы стали прочесывать лес. Может быть, кто-то полоснул очередью по кустам и случайно угодил в напарника Марка.
– И что? После этого Марк жил все время с тобою?
– Да! У него кончились патроны к автомату. У меня еще был запас зарядов к ружью, но все с мелкой дробью. На уток.
– Чем же вы жили?
– С огорода. Да вот рыбу ловили.
– У тебя есть лодка?
– А как же. Баркас да еще маленькая, двухместная. Я рыбак с детства.
Дальше из расспросов выяснилось, что село это находилось почти рядом. Я вспомнил, что стою как раз на той дороге, по которой в те памятные дни прошел наш танковый десант, отрезая путь к отступлению банды. Эту дорогу я пересек два дня назад по пути к месту своей засады, но она в том месте круто сворачивала на юг, обходя болота, и я не обратил на нее внимания. С момента похищения Елены прошло всего полтора часа. Все развивалось в бешеном темпе. Можно было надеяться, что Покровский в это время находится в селе. Я еще мог его догнать.
– Там неподалеку лежит твой друг. Можешь пойти и забрать его, помочь дойти до дома, – уточнил я, чтобы дать ему понять, что Марк жив.
– Какой он мне друг? Ирод настоящий, – вдруг озлился Егор. – Пусть его баба за ним идет, если хочет.
– Какая еще баба?
– А, есть у него одна. Года три назад привел откуда-то. Ведьма!
Дальше выяснилось, что Егор был у Марка фактически на положении раба. Сам Марк не любил трудиться, заставляя все по огороду делать Егора, которого часто бил. Его сожительница тоже нередко распускала руки.
Егор как-то даже пытался уйти от них, но Марк его нашел и основательно избил.
– Ты сможешь удержаться в седле? – спросил я Елену.
– Если ты мне поможешь взобраться.
– Тогда в путь, – я подсадил Елену на Ласточку.
– Веди! – приказал я Егору, вскакивая в седло. Тот еще раз опасливо покосился на Шарика и пошел вперед.
Действительно, вскоре мы вышли на окраину села, как раз в том месте, где бандитов встретил танковый десант. Я тщетно всматривался в покрытие дороги, стараясь обнаружить след телеги, но его не было. Покровский еще не покинул село. Это меняло дело. Надо быть осторожным, чтобы не нарваться на его пулю.
– Дойди по поворота, – приказал я Егору, – и посмотри, нет ли там, на площади, телеги. Если нет, то обернись и махни рукой. Если есть, то подойди и заведи разговор с людьми на ней. И смотри мне! – угрожающе добавил я.
