Гонщик полностью

Рассмеявшись, она приподняла ногу, чтобы я могла получше разглядеть очертания роз и черепов у нее на бедре. Это определенно была работа Рыцаря.

– Трейси, – снова просияла она, протягивая мне пальцы с красными ноготками.

Я приняла ее протянутую руку и слегка пожала ее, точно зная, что за этим последует.

– Черт, милочка! Да у тебя руки как ледышки!

Ага.

Искусственно улыбнувшись, я вытащила свою мертвенную руку.

– Ага, я в курсе.

– Детка, но ты сидишь у костра в середине августа! Тебе не помешало бы набрать пару кило!

Я закатила глаза.

– Я и тут в курсе. – Я не хотела показаться грубой, но мой вес был еще одной темой, которую я не хотела бы обсуждать с первым встречным.

Короче, пока что мисс Июль вела два-ноль.

– Извини. Я не хотела…

– Ничего. У тебя очень красивая тату, – перебила я, указывая на ее бедро и успешно меняя тему.

Это была правда. У рисунков Рыцаря был очень узнаваемый стиль – яркий, сложный, опасный.

– Правда же? Он сам это нарисовал. У меня была назначена еще одна сессия с ним, чтобы забить это цветом, но хозяйка салона позвонила и отменила ее. Она сказала, что он ушел в армию. – Трейси улыбнулась грустно и сочувственно. – Прости, что я спрашиваю – ну, в смысле ты теперь с Харли и все такое, – но… Может, ты знаешь, когда вернется Рыцарь? Я не хочу давать трогать это никому другому, но все-таки мне не хочется годами расхаживать с незаконченной тату.

Со вздохом я поглядела на еще одну девушку в печали по поводу исчезновения Рыцаря. Еще одна покинутая. Ищущая ответа. Не знающая, как ей дальше жить.

– На твоем месте, – сказала я, вынимая из пачки новую сигарету, – я бы поискала кого-то еще.

Трейси приподняла безупречно нарисованные бровки. Она хотела услышать другой ответ.

– Извини, – сказала я, закуривая и выдыхая дым в сторону костра. Курение было моим любимым поведением не только в одиночестве; это был мой любимый способ вести неприятные разговоры. – Но я не думаю, что он вернется. По крайней мере, скоро. Рыцарь сказал мне, что его отправят в Ирак сразу после базовой подготовки, и, зная его упрямую жопу, он наверняка останется там, пока его не выгонят на фиг.

– Правда?

Кивнув, я стала смотреть, как тонкая струйка только что выпущенного мной дыма летит вверх, соединяясь с серыми клубами, вздымающимися над костром. Потом протянула Трейси свою открытую пачку. Поникнув плечами, она взяла у меня сигарету.

– Ты можешь попросить Бобби закончить ее, – предложила я, не желая быть такой занудой. – Она потрясающе работает. Она делала Рыцарю фоны, которые были точно такими же, как его собственная работа.

– Ага, наверно, я так и сделаю, – сказала она.

– Извини, – пожала я плечами. – Изгадить что-то – это совершенно в духе Рональда Макнайта.

– Не извиняйся, – ответила Трейси, снова натягивая свою улыбку мисс Июль. – Ты – единственный человек, который смог объяснить мне, что происходит. Спасибо!

Я тоже изобразила улыбку в ответ.

Тут я увидела, как с дальней стороны костра идет Харли. Господи, как мне нравилась его походка. Быстрые, длинные, ловкие шаги, цепочка поблескивает в свете костра. Приближаясь, Харли смотрел на меня хитрыми голубыми глазами, и его рот растягивался в ухмылке.

Охо-хо.

Едва обойдя костер, Харли ткнул в мою сторону большим пальцем, а потом указал им куда-то себе за плечо.

– Давай, тебя ждут.

– Что значит меня ждут? – моргнула я.

Харли продолжал делать серьезный вид, но улыбка в уголках его рта говорила мне, что тут какая-то шутка, которую я пока не понимаю.

– Это значит, ты следующая, леди. Ты сегодня участвуешь в гонке. Давай бери «мустанг», и встречаемся на старте.

Мой потрясенный выдох вырвался наружу смешком.

– Нет. Что? Нет же. Я не участвую в гонках. Вот. – Я вынула из кармана ключи и протянула ему, стараясь держать их как можно дальше от себя. – Бери и иди сам.

Харли покачал головой.

– Не-а. Не сегодня, дражайшая леди. У нас тут новичок, которому нужно устроить теплый прием.

Я покосилась на Харли.

– То есть ты хочешь, чтобы я проиграла?

– Я хочу, чтобы ты сделала так, чтобы он ушел с улыбкой на лице. – Встав у меня между ног, Харли положил руки мне на бедра и прижался лбом к моему лбу. – И я знаю, что ты это можешь.

Закатив глаза, я взглянула на Трейси, от которой не было никакой помощи. Она только пожала плечами и состроила рожицу, говорящую «ничем не могу помочь».

Харли воспользовался моим поворотом головы, несколько раз поцеловав меня от уха до шеи.

Застонав, я сдалась.

– Ладно, ладно. Но только потому, что я должна продуть.

– Ты не должна продувать, – прошептал Харли мне на ухо. – С тем, что я сделал в машине, и тем, как ты тренировалась, ты легко сделаешь этого парня. У него «турбо», так что тебе только надо сбросить газ на поворотах, чтобы он оказался впереди. У этого папенькиного сынка глубокие карманы, так что если мы разыграем все верно, то сможем потом получить с него вдвое.