– Правда, что ли? – улыбнулся в ответ Харли, но его улыбка не была ни теплой, ни шутливой. От нее у меня побежали мурашки по спине. – Ну, думаю, мне просто надо показать им, кто тут кому принадлежит. Правда? – Харли допил то, что оставалось от моей текилы, и потянулся к полупустому бокалу Трейси. Выпрямившись, он постучал по его краю ножом, взятым с барной стойки, да так сильно, что я испугалась, что эта фигня сейчас разлетится вдребезги.
Шум подвыпившей толпы сразу затих. Все скинхеды, рокеры, металлисты и байкеры, сидящие в баре, повернулись к моему бойфренду.
«
– Так. Все заткнитесь, – скомандовал Харли. – Мне надо кое-что спросить у юной леди.
«
Уставившись мне прямо в глаза, Харли медленно вытащил что-то из кармана и опустился на одно колено. Его взгляд был тяжелее обычного. Угрожающим. Обычно Харли, делая свои предложения, был умилительно забавен, и ему нравилось ставить меня в дурацкое положение. Но сейчас в его прищуренных глазах не было шутки. Расширенные зрачки, сжатые челюсти, тату на макушке, которую все еще было видно сквозь едва отросшие волосы.
– Биби. – Харли протянул вперед два пальца, между которыми было зажато кольцо. – Ты выйдешь за меня замуж?
Не поворачивая головы, я скользнула глазами по лицам в баре, которые так и пялились на нас, а потом вернулась к вызывающему взору Харли.
И разразилась приступом нервного смеха.
Потом, схватив Харли за запястье, я дернула его, чтобы он встал, обхватила руками за талию и прижалась щекой к его насквозь мокрой куртке, убедившись, что смотрю на Трейси, а не на смущенную толпу.
Она подняла ладони вверх и слегка дернулась, беззвучно спрашивая меня: «
Поморщившись, я едва-едва покачала головой.
Тогда Трейси тоже поморщилась.
Придурок-бармен с козлиной бородкой, который пялился на меня весь вечер, подошел и спросил:
– Так что она ответила? – Так громко, что его услышали все посетители чертова бара.
– Она сказала: «
Весь бар зашелся в истерике. Я уставилась на Джейсона, который, ухмыляясь, тянул рядом с Трейси свою текилу. Я вообще не знала, что этот ублюдок умеет разговаривать. Он, наверное, ждал этого шанса пнуть Харли по яйцам с того самого дня, как тот забрал у него на треке с трудом заработанные бабки.
Не то чтобы Харли это все волновало. В этом и была его суперсила – ему было пофиг. И этим Харли был неуязвим. Его нельзя было обидеть. Нельзя было уничтожить. Нельзя переехать. Харли был резиной, а все прочие – липучкой.
Именно потому я и была так потрясена, когда он, схватив меня за руку, поволок мимо столиков со ржущими придурками в коридор в дальнем углу бара.
– Что это за херня? – прорычал Харли, отпуская мою руку, чтобы я могла повернуться к нему лицом.
– В смысле? – спросила я в искреннем недоумении.
– Ты выставила меня полным дебилом!
«
– Харли, – сказала я, поднимая руки. – Я ничего не сделала.
– Ты смеялась мне в лицо!
«
– Я над тобой не смеялась, – сказала я, стараясь говорить спокойно. – Я просто нервничала. Я же никого тут не знаю.
– Я слышал, вы говорили о нем, – раздул ноздри Харли. Он даже имени его произнести не мог.
«
– И что? Он сделал Трейси тату. Она хотела выяснить, как ее закончить теперь, когда он уехал.
«
Харли сделал шаг в мою сторону, а я отступила дальше, в темный прокуренный коридор.
– А если бы этот конченый ублюдок был сегодня тут и сделал бы тебе предложение, что бы ты сказала?
«
– Ты даже на чертов вопрос ответить не можешь! – Харли врезал кулаком по стенке стоящего рядом шкафа, отчего я подскочила.
Со страху я огрызнулась:
– Я ничего не сказала бы, потому что Рыцарь не стал бы делать мне предложение в сраном баре!
При упоминании этого имени у Харли сверкнули глаза.
«
Понизив голос на октаву, я сделала шаг назад.
– Прости. Я вообще не понимаю, почему мы это обсуждаем. Харли, ты не собираешься на мне жениться. Это просто такая игра. Ты делаешь мне предложение на публике, потому что тебе нравится меня смущать, а я всегда говорю «нет». Помнишь? Я не понимаю, чего ты на этот-то раз так разозлился.
