Гораций полностью

Раненого гладиатора, бросившего оружие и просящего пощады, подняв вверх левую руку, или добивали, или оставляли в живых по желанию зрителей. Трупы с арены убирали специальные служители, облаченные в костюмы Харона (перевозчика мертвых душ через подземную реку Стикс) или Меркурия (Гермеса Психопомпа, проводника душ в подземный мир). На специальной тележке они увозили поверженных гладиаторов в мертвецкую (spoliarium), где для верности перерезали им горло, или же проверяли их раскаленным железом и, если те проявляли признаки жизни, добивали ударом тяжелого молота.

Побывав однажды на гладиаторских играх, Сенека получил незабываемые впечатления: «Случайно попал я на полуденное представление, надеясь отдохнуть и ожидая игр и острот — того, на чем взгляд человека успокаивается после вида человеческой крови. Какое там! Все прежнее было не боем, а сплошным милосердием, зато теперь — шутки в сторону — пошла настоящая резня! Прикрываться нечем, все тело подставлено под удар, ни разу ничья рука не поднялась понапрасну. И большинство предпочитает это обычным парам и самым любимым бойцам! А почему бы и нет? Ведь нет ни шлема, ни щита, чтобы отразить меч! Зачем доспехи? Зачем приемы? Все это лишь оттягивает миг смерти. Утром люди отданы на растерзанье львам и медведям, в полдень — зрителям. Это они велят убившим идти под удар тех, кто их убьет, а победителей щадят лишь для новой бойни. Для сражающихся нет иного выхода, кроме смерти. В дело пускают огонь и железо, и так покуда не опустеет арена. — „Но он занимался разбоем, убил человека“. — Кто убил, сам заслужил того же. Но ты, несчастный, за какую вину должен смотреть на это? — „Режь, бей, жги! Почему он так робко бежит на клинок? Почему так несмело убивает? Почему так неохотно умирает?“ — Бичи гонят их на меч, чтобы грудью, голой грудью встречали противники удар. В представлении перерыв? Так пусть тем временем убивают людей, лишь бы что-нибудь происходило»[480].

Гладиатор-победитель получал пальмовую ветвь и торжественно обходил арену. Затем ему вручали ценные дары и золотые монеты. Но самой желанной наградой был тонкий деревянный меч (rudis), вручавшийся по требованию публики за многочисленные победы и символизировавший отпуск на свободу. Обычно получив этот меч, избавлявший от необходимости вновь выходить на арену, освобожденный гладиатор посвящал свое прежнее оружие в храм Геркулеса и начинал новую жизнь[481]. Кроме того, если гладиатору (из осужденных преступников) удавалось выжить в течение трех лет, его избавляли от обязанности сражаться на арене. Он становился мастером, обучающим новичков в гладиаторской школе, а еще через два года приобретал полную свободу. Впрочем, довольно часто освобожденные гладиаторы продолжали заниматься своим прежним ремеслом, не в силах отказаться от славы и денег.

В одном из посланий Гораций уподобляет себя отставному гладиатору, которого Меценат заставляет вновь взяться за прежнее ремесло, то есть за поэзию: