Сначала всё это не слишком раздражало: тюремная жизнь скучна и монотонна. А в этих, пусть даже весьма примитивных, приёмах, с которыми пытались «подойти» ко мне, было своё разнообразие. Но потом я справедливо посчитал топорность этих попыток явным неуважением к своей профессиональной квалификации. Методы МИ-5 свидетельствовали о негибкости и тенденции к шаблону и стереотипу. Главным средством считались деньги — западные специальные службы почему-то свято убеждены в том, что деньги купят всё. Конечно, мне были известны случаи, когда такой подход позволял английской контрразведке добиваться успеха. Но это вовсе не давало оснований делать вывод, что найден какой-то универсальный, безотказный метод. Первый ход контрразведка сделала через месяц после процесса. В одну из суббот апреля 1961 года меня посетила госпожа Бейкер. Само собой разумеется, миловидная Молли Бейкер не работала на МИ-5. Она была моим партнёром по фирме, торговавшей «электронным сторожем». Это был «молчаливый», или, как ещё говорят в Англии, «спящий», партнёр, что означало: госпожа Бейкер вложила определённую сумму денег, но активной роли в делах фирмы не играет, а лишь принимает участие в заседаниях правления наравне с другими пятью партнёрами. Фирма не платила ей жалованья, гарантируя равную долю прибыли.
При милой внешности эта приятная женщина лет сорока обладала деловым складом ума. Это был её второй визит в тюрьму, и, как и первый, он был связан с моим выходом из фирмы.
— Куда мы идём? — поинтересовался я у тюремщика, сопровождавшего меня.
— В зал, — лаконично ответил тот.
Как ни странно, но в английских тюрьмах есть залы свиданий. Есть залы «люкс», где посетители могут проводить время со своим знакомым или родственником за отдельным столиком. Те приносят с собой чай, печенье, съёстное, хорошие сигареты. Всю еду заключённый должен тут же съесть, так как проносить с собой в «зону» не имеет права. Есть «кабины» — вроде той, в которой я встречался с Гарднером. Как правило, мои свидания происходили именно в них. Но бывало и так, что тюремная администрация распоряжалась выделить для свиданий заключённого № 5399 отдельную комнату, в которой меня уже поджидал Хард. Адвокат сидел за столиком, я занимал стул напротив, а между нами устраивался надзиратель, скучавший (во всяком случае, он подчёркивал это своим видом) до конца встречи.
Первое свидание с госпожой Бейкер тоже проходило в отдельной комнате в присутствии тюремщика. А вот второе…
На этот раз меня провели в зал, где происходила встреча нескольких десятков заключённых с родственниками и друзьями. «Случайно» моей экс-партнерше удалось занять скамейку в стороне от всей этой массы одновременно говоривших и жестикулировавших людей.
Мы быстро обсудили общие коммерческие дела, и тогда госпожа Бейкер сказала, что хотела бы потолковать по очень важному вопросу.
— Пожалуйста.
— Несколько дней назад я получила извещение из министерства обороны. Меня просили зайти туда в определённый день и час, позвонив предварительно по телефону.
— Видимо, это касается меня, — сказал я, — иначе вы не стали бы рассказывать это.
— Совершенно правильно. Меня провели в кабинет к джентльмену в штатском, который назвался Элтоном. Представившись сотрудником контрразведки, он попросил рассказать всё, что говорили вы мне во время нашего предыдущего свидания в тюрьме…
— Вы, видимо, заметили, что наше прошлое свидание длилось почти час вместо положенных двадцати минут, — перебил я собеседницу. — Поблагодарите за это Элтона.
Госпожа Бейкер сказала, что она была возмущена столь гнусным предложением и заявила Элтону, что намерена рассказать об этом происшествии Лонсдейлу. Элтон, к её безграничному удивлению, отнюдь не возражал и даже попросил передать мне, что у него есть заманчивые предложения, которые могут сделать меня богатым человеком.
— А почему бы и не поговорить с ним? — ответил я. — Я всегда готов обсудить заманчивые предложения. Пусть только он не думает, что я соглашусь выдать кого-либо. Что касается денег, то я в них не нуждаюсь.
Мы расстались. Дня через два меня посетил адвокат Хард — он тоже был знаком с госпожой Бейкер. Хард спросил:
— Что вы думаете о предложениях контрразведки?
— Ничего не думаю, — ответил я. — Я ещё о них ничего толком не слышал. Главное, чего я хочу, это чтобы госпожа Бейкер ясно дала понять Элтону, что я не собираюсь покупать свою свободу ценою измены. Если же у Элтона есть другие предложения, готов их обсудить.
Прошло несколько недель. Элтон не появлялся. По-видимому, это входило в план «психологической подготовки» заключённого. Меня явно пытались «размягчить». Но вот как-то утром меня вызвал заместитель начальника тюрьмы. Он сообщил:
— Вас хочет видеть джентльмен из службы безопасности.
