— Верно. Вы наблюдательны. Во-вторых, меня заинтересовали найденные у него записи. Знаете, в прошлом я предпочитал устранять подобных безумцев заранее, благо, они сами всеми силами создавали для этого повод и обстоятельства. Но либо я старею, либо это всё влияние вашей haute cuisine*, однако сейчас мне стало любопытно, что выйдет, если дать такому теоретику возможность увидеть реальную жизнь, что называется, лицом к лицу.
__________
*Haute cuisine (щеботанский) — высокая кухня.
__________
– И в чём же заключалось его безумие? — прищурилась Гленда. — Он метил на ваше место, да?
Ветинари отложил нож и коротко рассмеялся, глядя на Гленду уже с нескрываемым весельем.
— А от вас ничего не скроешь. Да, в каком-то смысле именно так и было. Правда, в отличие от классических заговорщиков, он не разрабатывал план захвата власти, но рассуждал о природе самой власти. Допустимо ли убить одного человека для спасения многих, пожертвовать одной жизнью, ради тысяч и миллионов, и так далее.
— Постойте-ка, что-то мне это напоминает. Ах, да, вот что: “один примат умирает, один мир выживает”.
— Не знал, что капитан Моркоу это слышал.
— Он и не слышал, но Библиотекарю передали. Кажется, бывший декан — аркканцлер Коксфорда, когда пытался переманить его к себе. Сказал, что у них в Псевдополисе демократия, и такие тиранические заявления недопустимы.
— Очень интересно. И что же ответил Библиотекарь?
— Что демократическим путём эту проблему решили бы не в его пользу.
— Разумно.
— Ну так и что вас возмутило? То, что юноша пытался мыслить, как вы?
— Он думал, что мыслит, как я, это-то и плохо. По его мнению, насколько я понимаю, сама способность делать такой выбор — и есть необходимое и определяющее качество правителя и любого великого человека в целом.
— А это не так?
— Разумеется, нет. Это досадная необходимость, и каждый справляется с ней как может, но ставить такие идеи в основу своей власти и, более того, жаждать решать подобные проблемы может только полный безумец.
— Но теперь вам интересно, что из этого безумца получится?
— Полагаю, угроза обвала туннелей, существование в темноте и прочие радости жизни шахтёров заставят его заняться переоценкой ценностей. Во всяком случае, я надеюсь на это.
— А та девушка, которая с ним отправилась? Вряд ли её ремесло будет востребовано среди гномов, хотя кто знает…
— Насколько мне известно, Король Медной горы не заинтересован в том, чтобы его подданные в принципе познакомились с той концепцией труда, которую исповедует Гильдия Белошвеек. Я попросил его найти девушке какое-нибудь подходящее занятие, думаю, приёмная мать капитана Моркоу не откажется от хозяйственной помощи. Не знаю, насколько это устроит саму девушку, но просьбу госпожи Лады я выполнил.
— Похвальная забота о Гильдии Белошвеек, — Гленда не хотела, чтобы это прозвучало настолько язвительно, но оно прозвучало.
— Что я могу сказать, — пожал плечами Ветинари. — Госпожа Лада была одной из немногих, кто не поддержал выбор нового патриция, когда меня отстранили от должности по ложному обвинению в нападении на Стукпостука.
— Да, я помню ту историю, — хмыкнула Гленда. — Кроме неё вас поддержали ещё три гильдии, и всеми управляют женщины.
— Можно сказать так, — Ветинари, похоже, ничуть не смутился, — с другой стороны, можно сказать, что это главы гильдий, которым, несмотря на их непростой труд, добиться нынешнего положения было нелегко. Отсутствие слов “мистер” или “сэр” перед именем иногда препятствует карьерному росту, вы не замечали?
— Возможно, — Гленда постаралась смягчить тон насколько могла. В конце концов, это не её дело, что связывает патриция с главами Гильдий Белошвеек, Экзотических Танцовщиц и даже Прачек. Про главу Гильдии Попрошаек, Королеву Молли, в этом смысле даже думать было страшно. Гленда решила сменить тему: — Послушайте, как у вас это получается?
— Что именно? Понимать мотивы человеческих поступков?
Ах, да — меняя тему, неплохо бы намекнуть на этот факт собеседнику.
— Да нет же, — Гленда указала на нарезанные пластики помидора. — Вы уже третий помидор режете, и ни один у вас ни разу не брызнул. Как вы это делаете?
— Боюсь, мой ответ вам не понравится, — вздохнул Ветинари.
— Что-нибудь о навыках наёмного убийцы? — догадалась Гленда.
— Совершенно верно. Некоторые движения мы оттачивали на помидорах.
— Нормальные люди на помидорах целоваться учатся.
— О, в самом деле? Даже не представляю, какие навыки можно отрабатывать при таком подходе. Разве что на тот случай, когда нужно заранее подготовиться к поцелую с человеком, страдающим повышенным слюноотделением.
— Фу! О, боги, ну что вы за человек…
— Прошу заметить, мисс Гленда, это вы заговорили о поцелуях.
— Да, и уже об этом жалею!
— Поговорим о чём-то более приятном?
— Например?
— Как вам понравилась экскурсия по дворцу?
— Вы за мной всё-таки следите?
— Я слежу за дворцом.
— Ну, раз уж об этом зашла речь — да, я ходила по дворцу. И вот, что я вам скажу — дворец должен зарабатывать.
Гленда вытерла руки краем фартука, а из кармана фартука достала свои записи.