– Мне следует взять несколько уроков по стрельбе в ближайшем будущем, – ответила я, забирая букет цветов и вдыхая аромат.
В голове возник образ Антонио со своим коронным оскалом, который жаждал дать мне те самые уроки.
– Оно будет в твоей машине, – кивнув Вито, сказал Кристиано, закрывая багажник автомобиля.
Мы поднялись в квартиру, я прошла в комнату в поисках вазы для цветов. Домашняя оранжерея из белых роз уже наполнила холл ароматом, лучше любых дорогих ароматизаторов.
– Как прошла встреча? – поинтересовалась я, наполняя сосуд холодной водой в ванной.
После ужина Кристиано сопровождал Джину и Ясмину к отцу, поддавшись чарам непослушной сестры.
– Как и всегда, отец составляет список тех, кого навестит, когда выберется, – ответил Кристиано, пока я несла вазу с цветами в комнату, попутно забирая картину Лиа, чтобы отнести ее в гардеробную.
Алдо Ринальди составлял список кровавых ужинов и бранчей.
– Если понадобится помощь, я с радостью буду сопровождать его, – поставив вазу на туалетный столик и поправляя бутоны, я обернулась.
В этот момент супруг бессовестно снял рубашку, словно это было обычным делом в нашей жизни.
– Он будет рад. Ты в списке его любимых женщин, – он смотрел на меня, а меня будто припечатало к полу без возможности пошевелиться.
Мысленно я заставила себя отвести взгляд, заметив фотографию, которая так и осталась лежать на столе.
– Витэлия, посмотри на меня.
Мой взгляд был все еще прикован к фотографии. Сокращая расстояние, Кристиано приблизился, но я вытянула руку, отступив назад и упираясь поясницей в туалетный столик, касаясь его тела, голого тела. Мышцы пресса на мужском животе напряглись, и я подняла взгляд, встретившись с темными, как ночь, глазами.
– Что случилось? – его голос сбился, мои касания обжигали его тело.
– Ты почти голый, что ты хочешь услышать? – мои глаза изучали его, я опустила руку, чтобы опереться о стол.
– Я восхищаюсь тобой, – смеялся он, нависая надо мной, создавая тюрьму из своих сильных рельефных рук, ставя их по обе стороны от меня. – Тобой и тем, как ты борешься со своими чувствами, продолжая делать вид, что я тебе безразличен.
– Спасибо, что был рядом, – я начала со слов благодарности, не зная, как спастись. – И за такой прекрасный день.
Проскользнув под его рукой, прихватила фотографию. Не требовалось пояснять, за что именно я была благодарна, он знал и позволил мне уйти.
Болтая ногой в воздухе, я сидела за столом и просматривала досье на мэра Торонто, которым любезно поделился муж. Пока Кристиано проверял новый товар на складах, я, расположившись в его кабинете, окружила себя аурой деловой бизнес-леди.
Шестьдесят семь лет, в семье четверо детей, любимая жена и другие красивые данные для анкеты идеального мэра. Ничего интересного, Уилсон был дважды переизбран в мэры и вел успешную работу на благо города. Борьба с коррупцией – основной упор в деятельности старика. Ирония заключалась в том, что тот, кто открыто заявлял о борьбе с коррупцией, больше всех и нарушал эти правила.
Единственным, что упоминалось в досье, было то, что семья Уилсонов косвенно являлась нашими потребителями самых эксклюзивных наркотических веществ. Но это был лишь факт, который потопил бы и наш корабль.
Захлопнув папку, я подошла к окну, прорабатывая в голове план, в каком направлении мы могли бы двигаться дальше? Всего-то требовалось перехитрить закон, и Алдо был бы свободен.
Луч солнца проник через форточку, оставляя линию света на полу и наполняя кабинет летним теплым воздухом. Я подставила руки под него, и тепло приятно растеклось по рукам.
Дверь резко открылась, и в кабинет ворвался мужчина, увидев меня, он остановился в дверном проходе, в его руках были какие-то бумаги. Судя по всему, они были важными. На его лице отображался ужас, синяки под глазами говорили о том, что незнакомец не спал уже не первую ночь, и то, чего он так боялся, случилось.
– Простите, Кристиано?
– На складе, – коротко ответила я.
Он кивнул и, тут же развернувшись на пятках, быстрым шагом удалился. Я последовала в коридор следом за ним, прикрывая за собой дверь, мои каблуки выказывали все недовольство, которое я испытывала, когда осталась с вопросами наедине.
Внизу встретилась с Антонио, который стоял при входе и изучал бумаги, а рядом с ним находился мужчина и нервно покачивался.
– Если ты не перестанешь дергаться, я прострелю тебе колено, – все еще не отрываясь от бумаг, пробубнил Антонио.
Незнакомец нервно сглотнул и застыл на месте, посмотрев на меня.
– Что случилось, и почему ты убежал не объяснившись? – спросила я, почувствовав, как стало припекать солнце к ногам и рукам.
– На твоем месте, я бы объяснился. Наш мини-босс очень жесток в гневе, ее нужно уважать, если хочешь, чтобы большой босс оставил тебя в живых, – он поменял бумаги местами, пряча бесстыжие глаза за дорогими солнцезащитными очками. – Похороны сейчас очень дорогое удовольствие.