Двое юношей, приехав учиться в город, влюбляются в актрису странствующего театра. Обоим она не пара, но каждый надеется, что сможет преодолеть преграды.
Белик завернул за угол и замер, благоговейно созерцая массивное здание кадетского корпуса. Домина был просто громадный: серые каменные бока подпирали вознесённую в небо крышу, окна глядели сразу на две улицы, и, казалось, корпус занимал их целиком, властно раздвигая пространство солидной кладкой ограды и неприступной прямизной стен. Изрядное учебное заведение. Даже подступиться к нему было страшно. Белик и пытался.
Путь его лежал дальше к скромной школе натуральной магии, куда его, деревенского парня, могли принять за самую умеренную плату. Дорогу объяснили подробно, но город ошеломил, и Белик брёл медленно, запрокидывая голову, чтобы обозреть дома, казавшиеся дворцами, озирая шумные улицы, людей, что сновали по ним непрерывно. Гул голосов стоял как жужжание возле пчелиных ульев.
Теперь следовало пройти мимо корпуса, свернуть в узкий — руки раскинь и в стены упрёшься — переулок, там отыскать двор школы. Обучали в этом заведении юношей простого рода, чтобы помогали они крестьянам в родных сёлах, наколдовывая дожди, да снега, да ясную погоду, да скоту здоровье, а ниве тучность.
Белик с раннего детства мечтал попасть сюда, дома усердно занимался доступными науками. Допоздна горел скудный огонь в комнатёнке под крышей, корпел над книжкой прилежный ученик, а утром, несмотря на вечерние бдения, выходил вместе со всеми делать обычную крестьянскую работу.
Так шли годы, Белик подрос, и пришло время отправиться навстречу мечте. Добирался он пешком, долго. Ночевал в чистом поле, а то и в лесу на дереве, иногда шёл один, иногда с попутным обозом. В городских воротах с него даже не взяли денег — будущие маги пользовались привилегией входить бесплатно.
Отступив от проезжей мостовой, чтобы напоследок полюбоваться зданием кадетского корпуса, Белик налетел на человека и едва не сбил его с ног. Покаянно обернувшись, увидел, что задеть посмел дворянина. Парень, лет шестнадцати, то есть не старше его самого выглядел настоящим франтом. Рубаха из тонкого полотна, штаны и кафтан из пушистой узорчатой материи, а сапоги ладные, словно их феи шили. Лицом благообразен, а волосы каштановые и золотом отливают, что в родных краях Белика, где все были белобрысы, считалось признаком знатной крови.
Белик растерялся. В его селе дворяне бывали редко и всегда путешествовали верхом или в карете, он и думать не мог, что в городе они запросто расхаживают по улицам, топчут те же камни, что и простолюдины.
— Прости, твоя милость, не доглядел, — поклонился Белик.
Парень лишь посмотрел хмуро и молча пошёл дальше. Возле запертых врат корпуса темнела калитка, в неё и постучал юный дворянин. Его впустили. Оробев из-за того, что посмел толкнуть кадета, Белик заспешил, куда собирался. Вот гордое здание скрылось за углом, а в переулке, где висели прямо над головой крошечные балкончики, и сушилось бельё, Белик почувствовал себя свободно. Дома жили просторнее, чем здесь, но так же просто.
За серыми парусами небелёного холста открылась школа: обнесённые простой дощатой оградой, низкие в два этажа дома. Калитка для пеших и тут имелась, но выглядела несолидно и оказалась не заперта. Белик ступил на тесный двор. Выглядел он знакомо — как простой крестьянский. Из конюшен слева тянуло обыденным запахом сена и лошадей, тощий отрок мёл неровные камни мостовой, а у входных дверей переговаривались двое степенного вида мужчин.
Белик, осмелев в привычной обстановке, подошёл и поклонился. На нём остановились два взгляда: один надменный, отстраняющий, другой вполне доброжелательный. К обладателю этого второго Белик и обратился:
— Позволь узнать, достопочтенный господин, смогу ли я обучаться в этой магической школе?
— У тебя есть письмо? — откликнулся мужчина.
Второй безразлично отвернулся к окнам верхнего этажа. Белик поспешно достал из-за пазухи чистую тряпицу, выпростал и подал бережно хранимый кусок кожи.
— Да ты радовал своего учителя, — благожелательно проговорил мужчина, пробегая взглядом начертанные на лоскуте знаки. — Полагаю, способностей у тебя хватит, но вот достанет ли денег? Плата невелика, но она есть.
— Я могу работать, — храбро ответил Белик.
Наставник там, в деревне, объяснил ему, что небогатых учеников, согласных трудиться, берут охотно, это обходится дешевле, чем нанимать прислугу на стороне. Отец Белика не мог его содержать, да юноша и не требовал ничего от семьи. Здоровый и крепкий он полагался на себя и твёрдо верил, что сумеет преодолеть все невзгоды.
— Хорошо! Меня зовут Фагор, я старший маг. Пойди в дальнюю камору, где кладовые, найдёшь там Шарита, это наш эконом, он покажет, где ты будешь трудиться и жить.
Белик почтительно поклонился магу и его высокомерному спутнику. Оба ушли в главное здание.
— А кто это был с магистром Фагором? — спросил Белик у паренька, убиравшегося во дворе.
— Магистр Гаргебрин, — ответил отрок. — Из гордого кадетского корпуса. Так у нас его называют. А я Тайталь, тоже здешний ученик и прислуга пока хватит сил.
