Густолиственных кленов аллея,Для меня ты значенья полна;Хороша и бледна, как лилея,В той аллее стояла она.И, головку склонивши унылоИ глотая слезу за слезой,«Позабудь, если можно, что было», —Прошептала, махнувши рукой.На нее, как безумный, смотрел я,И луна освещала ее;Расставаяся с нею, терял яВсё блаженство, всё счастье мое!Густолиственных кленов аллея,Для меня ты значенья полна:Хороша и бледна, как лилея,В той аллее стояла она.<1847><p>Василий Павлович Чуевский</p><p>Серенада</p>Я здесь один, я жду свиданья,Заснули люди, спит земля.Приди, мой друг, дай мне лобзанье,Приди скорей, я жду тебя!Приди ко мне с улыбкой нежной,В блестящих шелковых кудрях,В одежде легкой, белоснежнойИ с детской радостью в глазах!Скорее, друг! Луна сребрится,Звезда любви для нас горит!Проглянет день, и все умчится,И наше счастье улетит.1858<p>«Не кукушка…»</p>Не кукушкаВо сыром боруКуковала;Моя милаяВ светлом теремеТосковала.С утра до ночиИз очейСлеза всё катилась,И головушкаНа грудь белуюПриклонилась.1850-е<p>Ах ты, Волга, Волга-матушка</p>Ах ты, Волга, Волга-матушка,Река быстрая, глубокая,Стороны родной кормилица,Многоводная, широкая.Для чего ты меня, молодца,Сберегала и лелеяла,И победную головушкуНа своих волнах покоила?Подняла б ты грудь широкую,Всколыхнулась, расплескалась бы,И меня волнами шумными,Как дитя свое, одела бы.Если б знато, если б ведано,В дни былые, в годы прежниеЛучше б ты меня, родимая,Приютила бесталанного.Всколыхнулась, расплескалась бы,И меня волнами шумными,Как дитя свое,Одела бы.И лежал бы я на дне твоем,Как ребенок в колыбелочке,И меня бы ты, родимая,Шумом волн своих баюкала.<p>Сторона моя, сторонушка</p>Сторона моя, сторонушка,Сторона моя родимая!Не на радость, не на счастиеТы меня вскормила, молодца.В молодых летах не знаю яНи утехи, ни веселия;Белым днем и ночью темноюЛью я слезы безутешные.Гаснут, меркнут очи светлые,Сохнет грудь моя с кручинушки;Проклинаю долю горькую,Не гляжу на вольный Божий свет,<p>Тройка</p>Пыль столбом крутится, вьетсяПо дороге меж полей,Вихрем мчится и несетсяТройка борзая коней.А ямщик, разгульный малый,Шапку на ухо наделИ с присвистом, разудалый,Песню громкую запел.Соловьем он заливалсяИз дали, глуши степной.С песнью русскою сливалсяКолокольчик заливной.Долго, долго пыль крутилась,Долго песню слушал я,И от песни сердце билосьТак тревожно у меня.Тройка мчалась пред горою,Вдруг ямщик коней сдержал,Встал, слегка махнул рукою,Свистнул, гаркнул и пропал.Только пыль лишь разостлаласьВдоль по следу ямщика…Песнь умолкла, но осталасьНа душе моей тоска.1866
