Одно радовало Веронику: старой ведьме ничего не досталось. Какие бы коварные планы та не строила, она осталась ни с чем. Сперва пропали деньги Леопольда, затем Борис завещал дом и землю Мите. Судьба издевалась над женщиной, но тем она опаснее. Отчаяние способно толкнуть человека на крайние меры.
У Вероники были еще вопросы, на которые она затруднялась ответить. Куда делись деньги? Как Светлана Георгиевна справилась со здоровым мужчиной? Почему сразу после смерти Леопольда не провели экспертизу подчерков? И еще несколько мелочей не давали покоя. К тому же у нее не было доказательств. Вот если бы удалось подтвердить, что Светлана Георгиевна написала предсмертную записку Леопольда… Вероника мечтательно улыбнулась. Но для этого надо попасть в особняк.
Сергей ждал ее дома. По возвращении она первым делом протянула ему папку с результатами экспертизы. Пока она разувалась и готовила чай с бутербродами, чтобы перекусить с дороги, Сергей изучал документы.
— Что скажешь? — спросила она.
— Леопольд не убивал себя, но, думаю, ты и сама догадалась.
Вероника кивнула, рот был занят куском бутерброда с колбасой. Прожевав, она заявила:
— Я должна туда вернуться.
Сергей насупился:
— Тебя не пустят. Светлана Георгиевна ясно дала понять, что она тебе не рада.
— Но я не могу оставить сына наедине с убийцей!
— Считаешь, это она убила мужа? — Сергей стянул один из приготовленных Вероникой бутербродов.
— А кто еще? Вариантов не так много, — Вероника принялась перечислять, загибая пальцы: — Изольда Карловна не могла убить сына. Зачем ей это нужно? В чем выгода и мотив?
— Ты говоришь, как настоящий детектив, — усмехнулся Сергей. — Но не сбрасывай Изольду Карловну со счетов. Мы точно знаем, что Леопольд собирался бросить жену, а вместе с ней сына и мать. Неужели Изольда Карловна закрыла на это глаза?
— Даже если она разозлилась, это не повод для убийства единственного сына.
— Вам виднее, товарищ сыщик.
Пропустив насмешку мимо ушей, Вероника продолжила:
— Мать Раисы, которая в то время работала кухаркой, тоже едва ли виновна. Опять же нет мотива. Остается еще любовница Леопольда, но у нее не было доступа в дом. Итого единственная женщина, которой была выгодна смерть Леопольда и у которой была возможность убить − Светлана Георгиевна.
— Не поспоришь.
— И не надо. Сейчас у нее на пути стоит мой сын. Зная, как она привыкла решать проблемы, я нисколько не сомневаюсь, что она убьет Митю, как только подвернется случай. Я должна ей помешать.
— Но как?
— Для начала я должна вернуться в дом, а там что-нибудь придумаю, — повторила Вероника.
Ничего лучше, как явиться на поклон к Светлане Георгиевне, Веронике в голову не пришло. К этой встрече она готовилась тщательнее, чем когда-то к первому в жизни свиданию. Она оделась строго, зачесала волосы назад в тугой хвост. На лице минимум косметики: никакой подводки для глаз и румян, на губах бледно-розовая помада. С таким макияжем она выглядела бледной, даже изможденной. Пусть свекровь при взгляде на нее видит измученную разлукой мать, женщину, над которой она одержала победу. Чем жалостливее будет Вероника, тем большее у нее шансов вернуться в дом. Она должна казаться проигравшей. Только в этом случае Светлана Георгиевна без опасений позволит ей остаться.
Вероника еще утром попрощалась с Сергеем. Если все пройдет по плану и ее примут назад, то им придется скрывать свои отношения.
Странное дело: Вероника совершенно не переживала. Даже наоборот, она еще никогда не была такой собранной. Она чувствовала себя борцом, вышедшим на ринг. Сейчас прозвучит удар гонга, начнется бой и только от нее одной зависит: завершится он победой или поражением.
Вероника остановила «Рено» около особняка, повернула зеркало заднего вида так, чтобы поймать в нем свое отражение. Лицо представляло собой наглядную иллюстрацию под названием «я готова на все, лучше не стойте у меня на пути», что совсем не годилось для ее целей. Она сделала над собой усилие: расслабила плотно сжатые губы, чуть опустив их уголки. Пусть Светлана Георгиевна, глядя на нее, думает, что она мучается бессонницей. Пусть ощущает свое превосходство.
Вероника смирилась с ролью бедной сиротки, которая слезно просит прощение у злой мачехи. Лишь бы не подвело актерское мастерство. Вероника не могла похвастаться успехами в этой области. Как-то в детстве ее взяли в школьный актерский кружок, но после первого же спектакля с позором выгнали. Теперь ей предстояло сыграть главную роль в своей жизни. От того, насколько хорошо она с ней справится, зависит их с сыном будущее.
Вероника вышла из машины, поднялась на крыльцо и позвонила. Дверь как обычно открыла Раиса. Она удивилась, увидев Веронику.
— Я к Светлане Георгиевне.
— Она у себя в комнате.
Раиса ушла обратно на кухню, которую не покидала без нужды, а Веронике предстояло решить: подождать свекровь внизу или подняться к ней в спальню. Она знала, где расположена комната Светланы Георгиевны, но еще ни разу там не была.
