Волки наскакивают на Витара. Молчаливые, молниеносные тени. Он юрко уходит от острых клыков и когтистых лап. И бьет заклинанием в ответ. Энергетические серебристые "шары", золотые "молнии", черные "иглы" не причиняют волкам вреда или они успевают увернуться.
Похоже, в какой-то миг я не сдерживаю крик. И огневолки меня замечают. И одна тварь спешит в мою сторону.
Я успеваю выставить "щит".
– Ива, – обреченно стонет Витар и кричит: – Ко мне, твари, вам нужен я! Вот он я!
Мой благородный пожиратель расставляет руки, показывая, что не сопротивляется.
И волк обо мне забывает вмиг.
Они нападают на не защищающегося мужчину с двух сторон. Клыки алчно вонзаются в плоть. И я захожусь в вопле от бессилия.
Повалившие Витара огневолки вдруг подергиваются тьмой. И разлетаются пеплом. Темный дар Вита спасает ему жизнь, выпивая силу тварей…
В пепел превращается трава вокруг бессознательного чародея, рядом жухнут, скручиваются листочки невысокого кустарника. И пятно тлена продолжает расти. Сдается, что яркие краски стираются с земли – и она превращается в серое пепелище.
– Вит!
Нужно докричаться до него, пока округа не превратилась в очередной кусочек мертвоземья.
– Витар!
Выцветающее пятно медленно, будто крадучись, движется в мою сторону. Но я не боюсь и не собираюсь убегать. Если брошу его, он погибнет, раздавленный бесконтрольно вытягиваемой энергией жизни.
– Витар!
Слава небесам! Он чуть заметно шевелится, не в силах приподняться даже на локте. Но главное то, что сущность пожирателя успокаивается. И я подбегаю к нему.
Руки дрожат, но я четко действую по отработанной схеме: диагностировать состояние пациента, поддержать жизнедеятельность, заняться самыми опасными ранами.
– Оставь, Ив, – шепчут бледные губы. – Уходи одна, Сирский почувствует, что тварей больше нет, и вскоре явится сам…
Не слушая бред моего любимого, создаю воздушные носилки и благодаря взбудораженному состоянию с легкостью перетаскиваю на них тяжелое тело.
А теперь бежать! Только куда? До гор не успеем добраться!
И я решаюсь на безумие. Я иду и веду за собой магические носилки в сторону мертвоземья. Ни один здравомыслящий храмовник за нами не последует. А мы… нам терять нечего. Нечисть милосерднее "волков" – и быстрая смерть от ее клыков предпочтительней пыток.
В первые годы после падения Круга Двенадцати находились смельчаки, пробиравшиеся в проклятые замки и выносившие оттуда сокровища и бесценные артефакты. Ну а затем мертвоземье обзавелось защитой в виде чудищ – и теперь туда лезут только отчаявшиеся смертники. Вроде нас с Витом…
И все же я надеюсь, что мы выживем. Проникнув во двор замка темного мага, мы должны продержаться пару часов, пока дядя магистра решит, что мы погибли. После чего повернем в сторону гор.
Маки встречаются все чаще. Среди зелени они ярко рдеют, словно капли крови. И красиво, и страшно.
Когда до красного моря, сплошь из цветов одного вида, предвестников начала мертвоземья, остаются считанные шаги, я останавливаюсь. И оглядываюсь на Вита. Бледный, он снова без сознания, но это к лучшему, споры нам сейчас не нужны.
Маки… Маки… Одни только алые цветы под ногами. Я тону в них, глаза устают от обилия всполохов красного.
А впереди – чернота. Разваливающийся замок, окруженный на редкость хорошо сохранившейся стеной. Что ждет нас там? Спасение или гибель?
Ветер доносит крики. С трудом вспоминаю заклинание, усиливающее остроту зрения. Ох, как и говорил Вит – погоня! И я ускоряю шаг, почти бегу, не забывая управлять воздушными носилками – не хватает еще потерять моего главного в жизни пациента.
Полоса из маков обрывается и начинается черная, будто выжженная земля. Мертвая земля. Мертвоземье…
От некогда пышных кустарников – один низенький остов. Босыми ногами больно ступать, но страх попасть в руки старшего Сирского гонит вперед. Со странным, глухим звуком веточки цвета сажи легко ломаются под ступней. Давным-давно отгремели бои с последователями убитых магов Круга Двенадцати, а чернота сохранилась, словно землю жгли вчера. Магия и ее проявления порой так непредсказуемы и непонятны…
Чтобы не пораниться, смотрю под ноги – и ров с крепостной стеной вырастают неожиданной преградой. Но это только так кажется сперва. Ров давно пересох, да и чудом не рассыпавшиеся в труху ворота никогда не поднимаются. Переходим по ним – и мы в первом дворе замка.
Я в растерянности застываю.
То, что издали кажется развалинами, на самом деле вторая крепостная стена, а за ней стоит целехонький замок. Неужели его столетия прикрывает иллюзия ветхости?.. Значит, бродячие сказители не врут, говоря, что замок темного уцелел и ждет, когда из небытия вернется хозяин?..
Мне становится страшно. Одно дело видимые ужасы и совсем другое – скрытые чары…
А позади – крики. И усиливать остроту зрения больше нет необходимости – преследователи близко. Непозволительно близко!
