…. Так…, постепенно я влился в обстановку в своей Зоне безопасности. В один из последующих дней в компании сапёра Тетенова, особиста Андрея проскочил с проверкой по блок-постам в районе Ингури ГЭС. День бы пасмурный, моросил дождь, но это нам не помешало. Я на Ингури ГЭС был в первый раз и плотина меня здорово впечатлила. Её размеры и высота. Единственно что удивило – это отсутствие какой-либо охраны, такого важного стратегического объекта, что я и озвучил: – Чёрт побери, если взорвать хотя бы часть плотины, остальная под напором воды просто разрушиться и все деревни что стоят вдоль реки Ингури будут запросто сметены в Чёрное море. Да и Зугдиди достанется не хило, хотя город и стоит в стороне…, – на что особист Андрей махнул рукой.
– Не заморачивайся. Грузины договорились с Абхазами, что в двадцати километровой зоне не вести никаких боевых действий и что сама плотина для всех них, как партизан, так и диверсантов является ТАБУ. Рвани сейчас эту плотину – обе стороны будут иметь катастрофические экономические последствия. Поэтому ни какой стороне просто не выгодно что-то предпринимать. Враз останутся вообще без электричества.
* * *
Территория блок-поста №201 и вокруг него была заполнена до отказа. За ограждением поста рядами стояли военные автомобили всех марок, среди которых резко выделялись белые, бронированные машины ООНовцев. Отдельной и разнообразной кучей автомобильного старья и в стороне стояли автомобили милиции Гальского района, где суетился здоровый абхаз в ментовской капитанской форме. Это был начальник милиции Бейя-Бейсик. Он ставил своим подчинённым задачи и те, растянувшись редкой цепочкой, ограждали скопище автомобилей от густых и колючих зарослей, тянувшихся от поста и вверх в гору. Чуть в стороне, у замызганной будки, с гордой и звучной надписью «Таможня», группировались абхазские пограничники с таможенниками. Ну, те просто стояли и глазели на происходящее и на только что прилетевший вертолёт русских миротворцев, откуда молодцевато выскочил генерал Суконный с остальными замами Командующего и сразу же удалились на территорию поста.
Тут тоже было весело. Многочисленный военный люд всех мастей, должностей и воинских званий кучковался группами по интересам, по задачам, которые надо решать именно сейчас, по принадлежностям каждого к своим армиям и организациям. Если сейчас посчитать, сколько здесь находится представителей разных армий, то можно запросто сбиться со счёта. Я попытался посчитать и сбился на числе в одиннадцать представителей одиннадцати иностранных армий. Понятное и логичное присутствие здесь русских, абхазских и грузинских военных. С генералом Суконным сразу стал общаться его коллега генерал Харун, бангладешец, глава миссии ООН в Абхазии. Тут же стоял австрийский подполковник Холингер, глава миссии ООН в Зугдиди. Неприменный на всех встречах швейцарский капитан Патрик, обер-лейтенант Вебер, зам Холингера английский майор Крис. Было ещё несколько разных ООНовских военных, но я их ещё не знал. Сегодня была среда и на 201 блок-посту проходила еженедельная встреча Абхазов, Грузин, Российских миротворцев и миссий военных наблюдателей ООН, где обсуждались самые различные вопросы политического и военного характера, стоявшие в ключе острых взаимоотношений и противостояний между Абхазией и Грузией.
Сами переговоры проходили в узком кругу, в специально оборудованном помещении в здании блок-поста. Это, как правило: Командующий миротворцев со своими замами, глава миссии ООН в Абхазии с замом, глава миссии ООН в Зугдиди, главный военный наблюдатель от Грузии полковник Ошкерелия и представитель министерства иностранных дел Грузии. А также начальники Южной и Северной Зон Безопасности. Это было человек двенадцать-пятнадцать, а все остальные, не участвующие в переговорах, нужны были как специалисты по той или иной информации, которая может понадобиться немедленно в ходе переговоров.
Роль начальника штаба Южной Зоны Безопасности в этом плане сводилась к написанию накануне развед. донесения за прошедшую неделю, где я расписывал военную, общественно-политическую обстановку в Зоне Безопасности. Должен изложить ситуацию в криминальном мире и экономическую составляющую (сколько новых рабочих мест открыто за неделю в городе Зугдиди, сколько в среднем получают зарплату работающие, каков уровень безработицы и много чего другого, а также какие настроения и веяния на местном политическом горизонте). Не должен забывать освещать внутреннюю ситуацию среди абхазских беженцах и структурах, которые бежали из Абхазии в Грузию. Короче до фига чего должен был вбить в это донесение. Ну и когда Дорофеев уезжает на встречу – оставался на базе и рулил оттуда обстановкой.
Поэтому был удивлён, когда полковник Дорофеев сказал, что я еду с ним.
– Посмотришь там, вникнешь в атмосферу…. Вообще полезно будет тебе там потусоваться и посмотреть на всё это со стороны.
Но моё знакомство с обстановкой на встрече изнутри было быстро прекращено. Генерал Суконный повелительным взмахом руки подозвал к себе.