— Не ты ли отправил его к Вивьен с тем же самым поручением?
— Ну, — ответил я, чуть улыбнувшись, — я не думал, что ты воспримешь это как такую уж грубость, но… Да, это я послал его.
Взгляды, устремившиеся на меня, были ласковыми, как напалм.
— Зачем? — резко спросила Джойси.
— Разве он тебе не объяснил?
Она нетерпеливо сказала:
— Он рассказывал какие-то небылицы про то, что Малкольма кто-то пытался убить. Я сказала ему, что, если бы на Малкольма кто-то покушался, я бы знала.
Я сказал без обиняков:
— Малкольма дважды чуть не убили. И мы с ним наняли Нормана Веста, чтобы убедиться, что никто из вас в этом не замешан.
Джойси потребовала, чтобы я рассказал подробнее об этих случаях, и я рассказал. Она, да и все остальные слушали с открытыми ртами и всеми прочими признаками глубочайшего изумления. И если даже для кого-нибудь из них в моем рассказе не было ничего нового, по их одинаково испуганным глазам я все равно не смог бы этого распознать.
— Бедный папочка! — всхлипнула Сирена. — Какой ужас!
— Этим должна заняться полиция, — убежденно заявил Дональд.
— Согласен, — сказал я. — Я удивлен, что они еще не опросили вас всех, как после убийства Мойры.
Эдвин сказал, покачав головой:
— Чуть не умер, чуть не умер! — И, сообразив, что в его голосе слишком явственно звучит сожаление, добавил: — Какое счастье, что он вовремя пришел в себя!
— Когда полицейские обследовали место происшествия, — сказал я, — они не сообщили Малкольму о результатах. И он хочет удостовериться, что никто из семьи не был в Квантуме в прошлую пятницу. Если вы посодействуете Норману Весту, когда он к вам обратится, вы поможете Малкольму успокоиться.
— А что, если мы не сможем доказать, где были в это время? — спросила Дебс.
— Или вообще вспомнить? — добавила Люси.
— Малкольму придется с этим смириться, — жестко ответила Джойси.
— Тогда он не сможет избавиться от этих неприятностей, — сухо сказал я. — А этого ему хотелось бы больше всего на свете.
Они в молчании уставились на меня. Видимо, для них, как и для меня, убийство Мойры чем-то напоминало бомбу замедленного действия — на первый взгляд в общем-то без каких-либо неприятных последствий, оно со временем стало причинять все больше беспокойства. Наверное, они, как и я вначале, уцепились за версию немотивированного убийства кем-то посторонним, потому что иначе это выглядело совершенно непостижимым. Но спустя несколько недель после смерти Мойры они непременно должны были наконец начать задумываться. Бомба могла взорваться с минуты на минуту. Начнутся взаимные подозрения, из-за которых все окончательно перессорятся, и хрупкие семейные отношения будут навсегда разрушены.
Стал бы я против этого возражать? Нет, если со мной по-прежнему остался бы Малкольм… и, может быть, Фердинанд… и Джойси… и, наверное, Люси или Томас… Сирена… стоило ли беспокоиться, если мне никогда больше не попадется на глаза Жервез?
Как это ни странно — да, беспокоиться стоило. Беспокойная, склочная, наполовину распавшаяся семья оставалась источником и основой, необходимой частью моей жизни. Мойру было никому не жаль, и все же ее смерть уже перекроила отношения в семье. И если ее убийца никогда не будет найден, если и Малкольм — об этом я не хотел и думать — погибнет, больше никогда не будет никаких перемен, никакого примирения, не будет череды телефонных звонков для обмена последними сплетнями, никакого общения, — множество целых галактик полетит ко всем чертям, будет безжалостно расколото на куски.
«Но этот взрыв, — подумал я, — еще впереди». И надо было ухитриться оборвать тлеющий бикфордов шнур, пока все цело. Прекрасно, только вот где искать запал и сколько времени нам осталось?
— Возьми мне что-нибудь выпить, дорогой мой! — скомандовала Джойси. — У нас у всех большие неприятности.
И она направилась к бару. Никто, похоже, не изъявлял желания за ней последовать. Я окинул взглядом семь лиц, выражавших разную степень тревоги, и увидел, что они начинают медленно поворачиваться к выходу, не все вместе, а по очереди. Дональд и Хелен вдвоем, Люси и Эдвин сами по себе, а Фердинанд, Дебс и Сирена, молодежь, втроем.
— Я расскажу Малкольму о ваших страхах, — пообещал я. — И о ваших нуждах.
— Да, пожалуйста! — настойчиво попросила Хелен.
— И о предложении Жервеза, — добавил Фердинанд.
— Пойдем, дорогой, — безапелляционно бросила через плечо Джойси. — Где здесь бар?
— Беги за мамочкой, маленький братец, — насмешливо сказала Люси.
Сирена добавила:
— Мамочка ждет!
Дебс захихикала. Я хотел было остаться на месте и заставить Джойси вернуться, да только какое это имело значение? Я умел мириться с этими насмешками, уживался с ними многие годы и прекрасно понимал, что заставляет моих родичей так поступать. Пожал плечами, повернулся и пошел вслед за Джойси, чувствуя спиной их жалостливые улыбки.
