– Она перестала считаться со мной и слушаться с той минуты, как умерла ее мать, – продолжал Листер тонким извиняющимся голосом. Он снова взглянул на Уиллоуса и отвернулся.
– Можем ли мы пройти на минуту в дом? – спросил Дики.
– Конечно, – ответил Листер. Он сорвал сухой лист с растущей в горшке бегонии и, сжав его, растер между пальцев. Потом тщательно вытер руки о халат, после чего провел гостей в дом.
Гостиная, темная и теплая, была набита мебелью.
Создавалось такое впечатление, что Листер, задумав заменить старые вещи новыми, вдруг понял, что у него не хватит духу расстаться со старьем. В середине одной из стен был камин, на верхней доске которого стояли вазы с пластиковыми листьями, небольшие керамические фигурки животных. Скорее всего, подумал Уиллоус, это дело рук жены Листера, создавшей своеобразную керамическую композицию.
Дики подвинул Листеру стул.
– Не хотите ли присесть, Билл?
Листер пожал худыми, костлявыми плечами. Его светло–карие глаза остановились на фигуре распятого Христа в три фута высотой, вырезанного из желтого кедра. Широкий лоб, выступающие скулы, большой нос. Уиллоус решил, что автор, возможно, был индейцем из племени хайда. Ибо Христос не томился на кресте, а спокойно, хотя и гневно, смотрел в небо.
– В самом деле, я думаю, вам лучше бы присесть, – настаивал Дики.
– Хорошо, – согласился наконец Листер и опустился на один из стульев перед камином. – Скажите же наконец, что случилось? – взмолился он. – С ней произошло что–нибудь ужасное? Да?…
– Она мертва, – произнес Дики. – Видимо, утонула.
Говоря это, он не сводил пристального тяжелого взгляда с
Листера, наблюдая за его реакцией. Уиллоус наконец понял, за что Росситер не любил его: этот человек, будучи полицейским, не знал полутонов.
– Должен сказать вам, – вдруг произнес Листер, – что ничуть не удивлен.
– Почему? – резко спросил Дики.
Но Листер, казалось, не слышал его. Он не отрываясь смотрел на керамического кролика, сгорбившегося на каминной доске. Плечи его на глазах сникли.
– Мы нашли ее, – сказал Дики, – в одной из маленьких горных речек. Не исключено, что она пошла купаться и, возможно, ударилась головой о камень.
Дики ждал ответа, но его не последовало. Он взглянул на Росситера.
– Поблизости от места, где мы ее нашли, – добавил Росситер, – были обнаружены отпечатки шин какой–то машины. Как вы думаете, кто мог привезти ее туда?
– Не знаю, – ответил Листер еле слышно. Он все еще смотрел на кролика.
– Не было ли у нее друга? – спросил Дики.
– Любой тип в брюках, – Листер безнадежно махнул рукой, – мог быть одним из ее друзей.
– Вы разрешите осмотреть ее комнату? – спросил Уиллоус.
– Зачем?
– Может, это поможет хоть что–то понять.
Листер прошел вперед и, войдя, будто с удивлением оглядел комнату дочери, казалось, не совсем понимая, где находится. Неожиданно он улыбнулся Уиллоусу.
– Вы хотели бы меня о чем–то спросить? – догадался Уиллоус.
– Что вы делали в горах?
– Рыбачил.
– И случайно наткнулись на нее, не так ли?
– Почти что так.
Дики расстегнул нагрудный карман рубашки, вынул несколько маленьких черно–белых фотографий улыбавшегося мальчика со светлыми глазами.
– Вы видели этого парня прежде, Билл?
Дики подержал фотографию перед самым носом Листера. Листер взглянул на нее и отрицательно покачал головой.
– Кто он?
– Мы не знаем. А вы уверены, что не встречались с ним?
– Уверен.
– Когда Наоми жила здесь с вами, не было ли рядом с ней кого–нибудь, кто имел машину? Возможно, джип?
– Самые разные ублюдки ездили к ней на всех видах транспорта, от бульдозеров до мотоциклов с колясками.
– Понятно, – сказал Листер. Он засунул руки в карманы, но тут же вытащил их, пересек комнату по диагонали и подошел к открытой двери, ведущей в темный коридор. Дики и Росситер последовали за ним.
– Я буду на крыльце, – предупредил Уиллоус Росситера, когда тот проходил мимо. Росситер кивнул. Лицо его было мрачным.
Уиллоус вышел из дома, сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Позади него миниатюрный гидравлический прибор закрыл с шипением сетчатую дверную перегородку. Подойдя к бегонии, не думая о том, что делает, он машинально оторвал засохшие листья.
Через несколько минут Росситер тоже вышел на крыльцо и присоединился к Уиллоусу.
– Пора убираться к чертям, – сказал он.
– А Дики?
– Я оставлю машину в отделении. Это всего в двух кварталах отсюда. Дойдет и пешком. – Вы успели переодеться в машине?
– Нет, а что?
– Можете принять душ и переодеться у меня. У нас с вами одинаковый размер. А потом вы, я и Кэти можем пойти куда–нибудь перекусить. Возьмем немного пива и приятно проведем время.
– Благодарю, но мне хотелось бы вернуться в город.
– Когда вы ели в последний раз, Джек? Держу пари, что до того, как нашли девушку.
– Вы правы.
Уиллоус вдруг представил долгую поездку в темноте и свою пустую квартиру, ожидавшую его.
– Что ж, раз вы обещаете приятный обед, едем.
– Прекрасно, – сказал Росситер и направился к машине. Косые лучи заходящего солнца удлинили тени фруктовых деревьев. Стремительно наступали сумерки, и Уиллоус остро чувствовал это.
