В играх тоже кое-что изменилось. Когда нас закрыли в доме в первый раз, мы предсказуемо проиграли - Денис на своей территории знал каждый уголок. Расклад активных тел на проигравшую тушку остался неизменным, Денис все так же единолично владел Данькиным задом, а Влад пропускал вперед обоих Лех, при этом кончать мне дозволялось только в его руках. А вот резинки исчезли. Кажется, наши с другом досье дополнились медицинскими картами. Насчет здоровья мужчин я был уверен - не тот типаж, чтоб подхватить болячку на стороне.
Потом был лес, и снова дом, и так далее. Как они нас выслеживали, я не понимал. Что мы только с Данькой ни выдумывали, но нас все равно находили. Даже когда мы основательно подготовились, запаслись инструментами и спрятались под подоконниками за декоративными панелями, которыми прикрывают радиаторы отопления, нас все равно достали и отымели.
Я же потихоньку сходил с ума. Я жил двойной жизнью, виделся с Владом среди недели, общался как ни в чем не бывало, часто обедал с ним в каком-нибудь ресторанчике, но примерно пару - тройку раз в месяц он наблюдал, как меня дерут оба Лехи, а потом я стонал уже под ним так, что крышу рвало. И целовался. Много, до одури хорошо. Целовался до искусанных губ, мне все было мало. А потом опять звонок и вопрос: “Привет. Сегодня как, сможешь посидеть со мной на обеде?”
Данька был счастлив, но я иногда замечал, что что-то не так. Я уже тогда и про визитку ему признался, и выясненную правду про первую игру поведал, и как за его спиной с Владом встречался. Он, конечно, пошумел, но потом успокоился и порадовался за меня. А вот его счастье было недолгим, и где-то месяца через два после настоящего знакомства с Денисом, примерно в середине сентября, оно рвануло. Рвануло так, что зацепило и меня, я уже думал, что все, финиш, закончились и игры, и Влад, и все остальное.
***
- Ай! - неожиданно щеку обожгло снежком.
- Не спи, замерзнешь! - крикнул Данька и залепил еще одним снежком.
Пока я набирал снега для ответа, осмотрелся. Оказывается, мы пришли на ту самую полянку, на которой летом росла ежевика. Сейчас заросли были покрыты сплошным волнистым ковром снега, да и деревья сверкали белизной на солнце.
- Знаешь, я тут подумал, если нам не сбежать, так давай хоть запутаем следы, чтобы они с ума посходили, пытаясь понять, что тут произошло, - друг неожиданно налетел на меня и повалил в ежевичный куст. Хорошо хоть пуховик от колючек спас. А дальше понеслось: мы катались по поляне, гонялись друг за дружкой, устраивали снежный душ под ветками деревьев, брызгали снегом с низкого старта, случайно обтирали спинами стволы, пока мутузили друг друга, истоптали все кусты по периметру полянки. Когда прозвенел сигнал на моих черных часах, которые, кстати, устанавливал Влад перед тем, как выгнать нас на мороз, мы как раз закатились под один из ежевичных кустов, и Данька восседал на моем животе, шумно дыша. Он огляделся, скатился с меня, улегся рядышком на спине и философски заметил:
- Ну все, теперь можно расслабиться и получать пиздюлей, - перефразировал известную тему, и мы заржали, предвкушая, как у наших мужиков глаза на лоб полезут.
Кстати, в моих часах был маячок, так что потеряться совсем нам с Данькой не грозило. Это вынужденная мера, новое правило, которое ввели после того, как Данька однажды в лесу оступился и подвернул ногу. Игра, конечно, сразу же закончилась, его тут же повезли в ближайшую клинику в город, а Денис тогда переживал сильно. Не из-за ноги, это пустяк, конечно, но вот сама возможность серьезно покалечиться и не дождаться помощи, когда каждая минута на счету - вот это расстраивало Данькиного мужчину. Жаль, что он сам этого не видел, Дениса не пустили за руль, а я тогда понял, насколько ему небезразличен мой друг. Решение нашлось в виде тревожной кнопки под часами и встроенного маячка, правда, на свободолюбивого Даньку такое не смогли напялить, пришлось довольствоваться тем, что я всегда рядом с ним - я ведь согласился, разумная мысль, в общем-то.
Мы лежали, восстанавливали дыхание и гадали, когда появятся наши следопыты. По всему выходило, что скоро, но ни услышать, ни увидеть мы их не сможем - попробуй только поднять голову, в мгновение ока засекут. Даньке надоело просто лежать, и он, покопавшись в карманах, протянул мне сигарету.
- Увидят же сразу, дым и запах, - прошептал тихо, не уверенный, что мы все еще одни на поляне.
- Какая разница, все равно найдут, так перед смертью хоть надышимся, - так же тихо ответил Данька.
И то верно. Хорошо, что зажигалка работала очень тихо, естественный шумовой фон леса заглушил щелчки. Мы закурили, медленно выдыхая вбок, чтоб дымок не был так заметен. Я закрыл глаза и снова погрузился в воспоминания…
7
***
Так вот, середина сентября… Звонок телефона раздался ночью среди недели, когда я тихо-мирно дрых в объятиях Влада у него дома. Как так получилось, что я ночевал у него? А фиг его знает, оно как-то само собой докатилось до такого.
