— У аппарата законно избранный президент Карачаево-Черкесской республики…
— Привет, Семенов.
— Теперь узнаешь меня, значит, по телефону?
— Как видишь.
— Приветствую тебя, Иван Иванович. И к черту официальность! Имею честь пригласить тебя на свою инаугурацию.
— Спасибо.
— Тебе первому открываю свою тайну.
— Давай.
— Торжество состоится…
— 14 сентября сего года, — столь же торжественным тоном закончил генерал Матейченков.
На той стороне провода воцарилось продолжительное молчание, нарушаемое только учащенным дыханием.
Наконец Семенов проговорил:
— Продали, мерзавцы.
мы о чем?
— Дату… Дату ведь не знал почти никто, только несколько самых верных человек из моего штаба. Я еще даже не определился, в каком месте проводить инаугурацию…Иван Иванович, прошу только об одном: скажи, кто?
— Что — кто?
— Кто тебе сообщил дату?
— Никто.
— Не хочешь говорить?
— Правду говорю — никто.
— Слово, небось, дал?
— Я сам тебя вычислил.
— Да брось ты — вычислил. Другим сказки рассказывай.
— Я не Арина Родионовна.
— Ладно, сам разберусь.
— Желаю удачи.
— И накажу примерно, чтоб другим неповадно было! — повысил голос Семенов.
— Успокойся, президент, — произнес Матейченков. — Говорю же, никто мне твою тайну не выдавал.
— Оно и видно.
— Я серьезно.
— Как же ты ее узнал?
— Это уже моя тайна.
— Ох, хитер урус… Выходит, никто тебе не сообщал дату моей инаугурации?
— Никто.
— Мистика…
— Слово офицера.
— Хорошо, оставим это. Короче, я имею честь пригласить тебя, генерал-полковник Матейченков, на мою торжественную инаугурацию. Когда она состоится — сам знаешь. А где — пока и сам не ведаю, когда решу — сообщу особо. Есть одна задумка…
— Черкесск — столица, — напомнил Матейченков.
— Неохота с молодцами Станислава Дерева связываться, будь он неладен.
— Вольному воля…
— Спасенному рай, — закончил Семенов.
— А за приглашение спасибо, генерал. Но вынужден его отклонить. По ряду причин.
— Будь здоров, — вздохнул Семенов и отключился.
Полный отчет о том, как прошла инаугурация первого в истории КЧР президента, Матейченков получил от своего вездесущего помощника Сергея Завитушного, который, конечно, присутствовал на торжестве.
— Какие у тебя впечатления, Сергеич? — спросил Матейченков, когда помощник явился к нему с отчетом. — Как прошли торжества?
— Здорово, — одним словом ответил обычно скупой на восторженные словесные оценки помощник.
— Беспорядки были?
— Так, мелочь.
— А по крупному?
— Обошлось без инцидентов.
— Ну и слава богу. Расскажи подробно про саму инау… инаугурацию. Тьфу, напридумывали словечек, сам черт ногу сломит.
— Одно скажу — молодец Семенов. Все у себя там, в Усть-Джегуты, выстроил красиво и торжественно.
— Давай с самого начала.
— Ну, начну с того, что Владимир Семенов, как тебе известно, достаточно популярен у нас в республике. Но там, в Усть-Джегуты, его буквально каждая собака знает, он там — чуть ли не национальный герой.
— Так.
— Нашли там для него огромный зал, побольше нашего депутатского, специально отремонтировали… Зал набился — яблоку негде упасть, уж не говоря о груше.
— Давай без шуточек.
— Приглашали шестьсот, прибыло больше восьмисот человек. Затем прозвучали оба государственных гимна.
— В каком порядке?
— Сначала гимн КЧР. Потом РФ.
можно и так.
— Потом на сцену через весь зал начали вносить знамена. Казалось, этому не будет конца.
— Какие знамена?
— Они были от каждого клана, каждого объединения и каждой политической партии.
— Не знаю точно, как насчет кланов, но партий здесь, по-моему, не меньше, чем в России, — заметил Матейченков.
— Больше, — уверенно произнес Завитушный. — А уж кланов — тьма-тьмущая.
— Интересно, сколько было знамен?
— Начал я было считать, потом со счета сбился, — честно признался Сергей Сергеевич.
— Генерал был в мундире?
— В штатском.
— Правильное решение.
— Но костюмчик тот еще, закачаешься. Думаю, не иначе, как от Версаче, прости за рифму.
— Ничего, летописцу это положено.
— Опять же при галстучке…
— С гардеробом ясно.
— Потом Владимир Семенов принес присягу, которая прозвучала очень торжественно. Меня чуть слеза не прошибла.
— Тебя прошибешь.
— Президент обещал твердо стоять на страже единства и целостности родной республики в составе Российской Федерации.
— Этого я и ждал от него, — кивнул Матейченков.
— Я записал слова присяги, — сказал Завитушный и протянул начальнику листок бумаги, вырванный из блокнота.
— Спасибо, потом почитаю обязательно, — Матейченков положил листок на стол. — Как было представлено духовенство?
— От имени православной церкви выступил отец Василий.
— Что говорил?
— От лица всех православных КЧР поздравил Семенова с избранием президентом, а в конце подчеркнул, что глас народа — глас божий…
— Не поспоришь.
— Но это не все. Далее отец Василий благословил первого нашего президента двумя самыми уважаемыми иконами — Спасителя и Богоматери. Да, кстати, Иван Иванович, чтобы не забыть. Я в перерыве пообщался с Семеновым…
— Каким образом?
— Он сам подошел ко мне. И очень чудной разговор у нас был… Он сказал, что у тебя есть какие-то сверхъестественные способности…
— Какие же?
