— Ты знаешь, что я имею в виду. Не была уверена, что это для твоей работы или чего-то ещё.
— Давай притворимся, что это так, — сказал он. Отвернулся от меня и вошёл в дом.
Я закатила глаза.
Моё тело всё ещё не оправилось от того, что он сделал со мной. И вот я пытаюсь сблизиться с человеком, который предпочитает избегать общества, живя в хижине на вершине горы.
Выходит, я совершенно не разборчива в выборе мужчин. Начиная с Тэда и заканчивая этим. При этом с Осирисом у меня вообще было не серьёзно. А с Тэдом это была череда лжи. Долгий год постоянного обмана.
Я села и глубоко вздохнула. В лесу было тихо и спокойно. Я могла бы к этому привыкнуть. В дверях появился Осирис с картой в руке. Одним движением руки он бросил её мне.
— Вот. Секрет раскрыт.
— Какой секрет? — Спросила я.
— Ты застукала меня, когда я смотрел на грёбаную карту. Так что давай, собери всё это вместе.
Я протянула ему карту обратно, качая головой.
— Нет. Я же сказала, что не собираюсь этого делать. Я не та, кто, как ты думаешь, я есть, Си. Я уверена, что тебе этого и без меня достаточно. Я уверена, что есть много людей, которые постоянно докучают тебе. По любой причине.
Осирис медленно кивнул.
— Да. Мне докучают. — Он забрал карту и сунул её в задний карман. — Возможно, ты захочешь надеть больше одежды.
— Почему?
— Потому что мы идем гулять.
***
Искушение взять его за руку было непреодолимым. Мы шли бок о бок, по чему-то, похожему на тропинку, но если бы я была одна, то давно бы заблудилась. Осирис же шёл по лесу как ни в чём не бывало.
— Куда мы идем? — Спросила я его.
— Кое-куда, ты скоро узнаешь, — ответил он.
Больше он ничего не сказал.
Пока мы не остановились. Он показал пальцем, и я увидела каменную скамью.
Это была та каменная скамья, на которой я свернулась калачиком, чтобы немного поспать, когда была пьяна и заблудилась в лесу. Прямо за каменной скамьей росла гигантская плакучая ива. Мне показалось странным видеть такое дерево среди всех остальных здесь.
— Эта дорожка ведёт прямо к главной дороге, — сказал Осирис. — И это единственный способ найти хижину. Я сделал свою собственную дорогу с другой стороны. Так мне легче добраться до работы.
— Это ты поставил здесь скамью? — Спросила я.
— Нет. Она была тут, когда я купил это место. Понятия не имею, как она сюда попала. — Он подошёл к скамье и наклонился так, чтобы коснуться её кончиками пальцев. — Но эта скамья отняла у меня всё, Лара.
Я напряглась, уперев руки в бока. И замерла, осознавая, что Осирис вот-вот откроется мне. Я с трудом сглотнула, когда он снова посмотрел на меня.
Взгляд был таким неистовым. Этот большой сексуальный мужчина ощущал сильную боль.
— Она любила такие причудливые штуки, — сказал он. — Это была её фишка. Как только я увидел это, я купил домик. Честно. Я увидел скамейку с деревом за ней. Сделал фотографию и послал ей. Когда я добрался сюда, риэлтор уже ждал. Я купил этот домик. Для неё. Чтобы спасти нас.
Я осмелилась сделать шаг вперёд.
Осирис протянул руку, чтобы остановить меня.
— Я получаю сообщения и электронные письма каждый божий день, Лара. Ты не можешь себе представить, что я игнорирую каждый день, пытаясь притвориться кем-то другим.
— Кто же ты тогда, Си?
Он схватил рукава своей фланелевой рубашки и закатал их до локтей. Он сжал кулаки и вытянул вперёд руки. И согнул их в локтях. Его руки были чертовски огромными.
— Татуировки были моей прежней жизнью, — сказал он. — У меня был сварочный бизнес. Мне всегда нравилось работать руками. Это уберегало меня от проблем, когда всё, чего я хотел, — это найти неприятности. Попадая в неприятности, я получал внимание в жизни. Я был очень близок к тому, чтобы сделать что-то действительно глупое и быть убитым, когда она ворвалась в мою жизнь. Моё сердце пронзила стрела. Я открыл свой собственный магазин, который вскоре превратился в два. Я всё сделал сам. У меня были люди, которые приносили мне вещи для автомобилей, мотоциклов, декоративного дерьма для своих домов или холостяцких берлог. Это было дико. В этом всём был какой-то особый дух… звук, искры, тяжелый металл, доносящийся из динамиков в магазине. Я водил самую дорогую машину, какую только мог купить. У меня было два мотоцикла, которые выплёвывали пламя через специальный выхлоп, который я сконструировал сам. Но я только и делал, что работал. Я был гребаной рок-звездой в этом, Лара. — Осирис посмотрел на меня. — И она собиралась бросить меня из-за этого. Не то чтобы я мог винить её за это. Я притрагивался к телефону чаще, чем к ней. Я держал в руках свой телефон больше, чем её. Я больше смотрел на свой телефон, чем на неё. Это был грёбаный прикол, Лара. Я был грёбаным посмешищем.
Осирис замолчал.
— Я была такой же, — сказал я негромко. — Я имею в виду свою жизнь. Работа. Телефоны. И планы, очень много планов на будущее.
