– … Барражируя над городом, лётчики тревожно вглядываются в незнакомую сеть улиц и до рези в глазах ждут сигнала с земли… Едва поступает заказ на ёлку, как ближайшая дежурная группа быстрого реагирования, в данном случае – мы (при этих словах я звучно ударяю себя а грудь), зажигает сигнальный огонь на крыше дома клиента и ёлка, без промедления, сбрасывается нам с парашютом… Один огонь – одна ёлка!
Губы Елены начинают трястись. Я и сам с трудом сдерживаю смех и успеваю выпалить последнее, что приходит на ум:
– Необходимый нам размер ёлки мы передаём буквенным кодом! Я ложусь на крышу и изображаю своим телом буквы латинского алфавита…
– Ха-ха-ха… – захлёбывается хохотом Елена, сползая по стене вниз.
– …У-у-у меня… хи-хи-хи… – тоже оседая на пол бормочу я. – Даже и куртка… ха-ха-ха… я-я-яркая… чтоб лучше с воздуха видно было….
У нас истерика. У неё, видать, тоже был трудный день, и она хохочет до полуобморочного состояния. Минут через десять, всё ещё вздрагивая от смеха при взгляде друг на друга, мы начинаем разговаривать. Выясняется, что установка ей всё же нужна. Причём – в её подставку. Я прошу принести подставку для диагноза. Держась руками за живот, Лена уходит. Я сам еле жив, – вот ведь меня понесло-то! А надо работать! Установка в подставку клиента ещё то развлечение. Попадаются такие монстры, с такой жуткой мешаниной ржавых пружин и присосок, что страшно руки туда засовывать – слоновий капкан, а не подставка для ёлочки. Поэтому мы не любим такие заказы и всегда берём за них дополнительные деньги. Лена несёт с балкона что-то зловеще поблескивающее.
“Жаль, – думаю я, – всё так весело начиналось”. Осматриваю механизм и светлею – сделано гениально! Смотрю, кто сделал – Польша! Мать честная, научились!
– Где ставить?
Лена молча показываем пальцем на центр комнаты. Я молниеносно ставлю ёлку и зажимаю её чудо-механизмом. Как фокусник, одним движением срываю сетку с ветвей, чуть распушаю их и поворачиваюсь к Елене.
– Готово!
– Уже?..
– Но-но-новая технология!.. – говорю я на свою голову.
Мы снова хохочем. Лена уже плачет, и я пронимаю, что переборщил.
Собираю свои вещи и беру с неё нужную сумму.
– До свидания…
– Да… да… – шепчет она. При взгляде на мою чёрно-жёлтую куртку её снова разбирает смех.
– И помните, Елена, – говорю я уже на выходе. – Один огонь – одна ёлка!
Я выхожу на лестницу под её стон. При выходе из подъезда меня самого начинает колотить, и я добираюсь к машине почти на четвереньках.
– Ты чего, Лёх?! Лёх! Что случилось?
Но я только машу на него руками и хватаю ртом воздух.
– Ну, расскажи!
– Не могу… – хриплю я. – Извини…
Отдышавшись, я звоню диспетчеру, докладываю о выполнении задания и тянусь за коньяком.
– За детей!
– Ага!.. – с белой завистью глядя мне в рот, выдыхает Вася.
Я припадаю к горлышку и делаю порядочный глоток. Это потрясающе здорово! Отпиваю ещё немного, выжидаю пару минут и съедаю мандарин. Вася истекает слюной.
– Ну, как? – тихо спрашивает он.
– Славно!.. Очень славно!.. – так же тихо отвечаю я.
– Э-эх-х-х… – Вася заводит движок и втыкает первую передачу. – Я вот тоже раз прикупил с дружком…
Машина мягко катится по снегу на следующий заказ. Город потемнел, и в окнах уютно горят огни. Люди, вернувшись с работы, отдыхают, а нам же предстоит ещё несколько часов этой медлительной гонки, гонки сквозь чёрно-белую пелену дорог, празднично подсвеченную красными стоп-сигналами впереди идущих машин.
Глава 8
В диспетчерской мучились недолго. Вскоре телефон опять взвыл.
– Да что ж такое! – уже основательно разозлился я. – Да! Вы в эфире, говорите!
– Выручай, Лёш…
– Это самые плохие слова, которые я слышу за последний месяц! Что, опять?
– Да тут одна наша машина заглохла. Мы пытаемся что-то сделать, но один заказ просто горит.
– Ёлка какая нужна?
– Три метра. У тебя есть?
– Найдём… Куда?
– Ты только не ругайся… Митино…
– Что?!! – заорал я. – Да вы что, спятили, что ли? Какое Митино?! У меня ещё три адреса висит! И везде уже точно опоздаем!
– Я с ними договорюсь, они тебя дождутся…
– Отлично, а дома меня дождутся?! Как ты думаешь?! Опять в полночь закончим?!
– Ну надо, Лёш, ты же понимаешь…
– ……….!!!!!! Понятно! – я тяжело вздыхаю. – Ладно. Хорошо. Сейчас мы завезём один свой заказ, мы уже близко совсем, потом в Митино, а потом прикончим наши оставшиеся.
– Отлично! Пиши адрес…
Когда я закончил писать, машина резко встала. Вася заглушил мотор и откинулся на сиденье.
“Всё, – решил я. – Вася вскипел. Митино его доконало… Понять можно. Ну и денёк!”
– Вась, ты чего?.. – я робко тронул его за рукав. – Вась…
– Машина дальше не пойдёт!
“Точно – вскипел! Час от часу не легче… ну дела….”
– Машина дальше не пойдёт, – торжественно сообщил мне Василий, – пока ты не сбегаешь во-о-он туда (он показал взглядом на что-то за моей спиной) и не принесёшь оттуда огромную, просто невообразимых размеров сумку, полную…
Я оборачиваюсь и радостно заканчиваю его фразу:
– …блинов! Огромную сумку блинов с разными начинками и два гигантских стакана горячего чаю с лимоном!
– Да! – кивает Вася. – Именно так.
