Перед глазами парня всплыл труп Шурика, который лежал на Рите, тоже мертвой. Его оставили одного, без оружия, и он стал легкой добычей для убийцы. У Степы не было ничего, чем он мог бы защитить себя и Галину.
– Давай за мной!
Обратно дорога вела под горку, но Данила не чувствовал, что идти стало легче. Его ноги сначала налились тяжестью, затем одеревенели. Дыхалка почему-то не хотела работать, ему не хватало воздуха.
В гостевом доме он и вовсе стал задыхаться от страха и волнения. Нигде не было ни Степы, ни Галины. Их как будто корова языком слизнула. Казалось бы, чужие люди, которые так и не стали своими, а все равно обидно за них. И страшно. За себя. Данила хотел стать круче убийцы, смело полез на рожон, даже блеснул отвагой, а людей потерял.
– Где они все? – клацнув зубами, спросила Эльвира.
Ее трясла самая настоящая лихорадка. Данила даже снял с себя куртку и подал ей. Пусть сама ее надевает, ему нужно следить за обстановкой.
Они уже вышли во двор и стояли на перекрестке дорог, но чувства опоры под ногами так и не обрели. Глаза их хоть и привыкли к темноте, но враг все равно мог подкрасться незаметно и утащить всех к себе в вечную тьму. Как он сделал это со Степой и Галиной.
– Никто еще не пропадал бесследно, – проговорил Данила.
– Бесследно, – повторила в раздумье Эльвира и вдруг вытянулась в струнку. – Я знаю, где они! – В ее голосе слышались злость и обида.
– Где?
– Она думает, что я не знаю!
Эльвира резко повернулась к морю и пошла, движением руки увлекая за собой Данилу и Машу.
Дорожка вывела их к трубе с широким сечением и решеткой из арматурных прутьев. Она выходила из-под земли у самого моря, в сливную яму, которую нужно было обойти.
– Подземная река, – бросила на ходу Эльвира.
Данила пожал плечами. Из трубы действительно вытекала вода, но это был скорее ручей, чем река. Ну так и погода стояла отличная, дождей в горах не было, реки не разливались. А в том, что ручей попал в плен, не было ничего удивительного. Ущелье небольшое, места под застройку мало, вот и угодило узкое русло горной реки в широкую трубу.
Об этом Данила думал, приближаясь к сетчатому забору, на котором из-под свежего слоя краски уже выступала ржавчина. Через ограждение можно было перелезть или обойти его по воде, замочив ноги. Но Эльвира выбрала третий путь. Сетка в одной секции была разорвана и залатана толстыми алюминиевыми проволочками, которые легко гнулись. Эльвира сняла одну, другую. К ней присоединился Данила. Так они отстегнули одну половину сетки от другой и пролезли в образовавшуюся брешь.
Эльвира не угомонилась, принялась снова латать забор. Данила кивнул, глядя на нее. Так она могла отгородиться от опасности не только психологически, но и физически. Если, конечно, убийца находился по ту сторону забора, а не по эту.
– Далеко нам идти? – спросил он.
– Нет, уже пришли, – ответила Эльвира и махнула рукой в сторону больших камней, сгрудившихся у подножья скалы.
– Но здесь же никого нет.
– Да. – Эльвира резко поднялась и развернулась в сторону, где, по ее представлению, должна была находиться Галина.
– И сетку никто не расплетал, – сказал Данила.
– Нет. – Эльвира снова села на корточки и вернулась к своему занятию.
Она не успокоилась, пока не закрутила в петлю последнюю проволочку.
– А ночью змеи спят? – прижимаясь к Даниле, спросила Маша.
– Спят, – с улыбкой ответил он.
К ней вернулся страх перед змеями, значит, ужас перед человеком-убийцей отступил.
– Змеи ночью охотятся, – сказала Эльвира.
– Ну уж нет! – Маша еще крепче прижалась к Даниле.
– Именно поэтому они на голову не падают. А днем да, такое бывает.
Все же Эльвира засовывала руку под камень с опаской, как будто там могла притаиться гадюка. Но где-то поблизости мог прятаться и убийца, поэтому Данила держал пистолет наготове.
Эльвира нашла, что искала, вытащила сверток из полиэтилена, вынула из него коробочку, оттуда – смартфон.
– Работает? – спросил Данила.
– С паролем – да, без пароля – нет.
– А пароль?
– Пароль у Галки.
– Можно подобрать.
– Как?
– Дата рождения. Мамы, например.
– А когда я родилась? Если серьезно, там штука хитрая, три раза промажешь, все сгорит.
– Ценная информация?
– Очень.
– Компромат?
– Ну…
– Что еще?
– Понимаешь, у Петра все размазано.
– Что размазано?
– Одна доля там, другая сям. Короче, меньше знаешь, крепче спишь.
– В поселок идти надо, – сказал Данила.
Да, действительно пора заканчивать с этой кошмарной явью.
– Поселок в другой стороне.
– Ничего, куда-нибудь выйдем. Или выплывем.
– А Галка?.. Вдруг она жива?
– Это говорит девушка, которая стащила ее телефон.
– А если ее убили?
– Ну и лежал бы себе телефон.
– Много ты понимаешь!
– Все, счастливо оставаться!
Данила смотрел на кромку берега, которая терялась в темноте и, вполне возможно, уходила под воду. Но разве он не готов обогнуть скалу вплавь? Вместе с Машей и с Эльвирой, которая, конечно же, не рискнет остаться тут без него.
– Счастливого пути! – сказала она, махнув рукой в сторону мыса, который он собирался огибать.
– Остаешься? – Данила внимательно посмотрел на Эльвиру.
Неужели она не шутит?
