Нас разыграют, как по нотам.Одних — по тем, других — по этим,ты станешь ярым патриотом,я — замечательным поэтом.И зашагаем по пустотам,как по начищенным паркетам,и кто-то спросит нас: а кто тамвсегда скрывается за этим?Но мы как будто не заметими, наклоняясь по субботамуже над высохшим заветом,не будем сдерживать зевоты.И нам не выбиться из круга,где мы с газетных разворотовбудем подмигивать друг другу,уже совсем как идиоты.<p>«Человек похож на термопару…»</p>Человек похож на термопару:если слева чуточку нагреть,развернется справа для удара…Дальше не положено смотреть.Даже если все переиначить —то нагнется к твоему плечув позе, приспособленной для плача…Дальше тоже видеть не хочу.<p>«Природа антисоциальна…»</p>Природа антисоциальна.В природе все наоборот.Она пуста и идеальна,и застывает идиоту разведенного моста,когда он крикнет разведенно,и звук летит до горизонтаи сохраняет форму рта.<p>«Процесс сокращенья дробей…»</p>Процесс сокращенья дробей16/8 8/4 4/2 2/1сегодня настолько подробен,что лес (он под корень подрублен)кричит вдоль дороги: — Добей!Опять же проблема корней.И сумрачный куб корневища.И косо стучат топорища,и с каждым ударом слабей.И не достигают корней.И тут еще просятся брови…Но все-таки в самой основе —Бог знает каких степеней.А мы? Пробиваясь сквозь тьмуи чувствуя что-то под нами,срастаемся где-то корнями —нож — в ножны,«один к одному».1/1<p>«Колю дрова…»</p>Колю дрованапротив бензоколонки.Меня смущает столь откровенное сопоставлениеполена, поставленного на попа,и «кола» в «колонке».Я пытаюсь вогнать между ними клин,я весь горю,размахиваюсь,химичу:— Дровоколонка! —Но с каждым ударом меня сносит влево,и я становлюсь все дровее и дровее.<p>«Мне нравятся два слова…»</p>Мне нравятся два слова:«панорама» и «гальванопластика».Ты остришь по этому поводуи, листая телепрограмму,попадаешь в расставленную мною ловушку.И пачка «Беломора»,поставленная на попа,снова напоминает гальванометр,и ты остришь без всякого повода,что можно плыть и без помощи расческииз коммунальной ваннойдо созвездия Волосы Вероники.<p>Ярмарка</p>Взлетает косолапый самолетики вертится в спортивных небесах.То замолчит, как стрелка на весах,то запоет, как пуля на излете.Пропеллер — маг и косточка в компоте,и крепдешин, разорванный в ушах.Ушли на дно. Туда, где вечный шах;в себя, как вечный двигатель в работе.Упали друг на друга. Без рубах.В пространстве между костью и собакойвселенная — не больше бензобакаи теплая, как море или пах.<p>«Благословенно воскресение…»</p>
