Помимо прочего, в одном из «коттеджей» на Прайме остались окаменевшие тела, именуемые Экспонатами. Внешне они напоминали – если не сказать повторяли – людей, разве что отличались чуть б
Находка очередной партии артефактов – оригинальных циферблатов – на далёкой планете Криопсис подкинула дровишек в полыхающее кострище всеобъемлющей загадочности Э-Системы и её прошлых жителей. Циферблаты действовали так же, как и аналоги, которые сейчас разрабатывал «Прогноз». Обнаруженные изобретения находились в спящем и безличностном режиме, но неизменно взаимодействовали с активировавшим их субъектом. Можно сказать, отпечатывали его судьбу в своём нутре, чтобы потом информировать владельца (на его родном языке!) о поворотных событиях и, собственно, конечной точке пути. При этом, чёртовы штуковины не оставляли никаких шансов на обман. Они работали и никогда не ошибались в прогнозах, в отличие от дрянного барахла «Прогноза». Забавно, да? Ладно, я слегка утрирую. Ошибки исключительны, как заверил мистер Смит. Главное – общая картина.
Фирма династии Смитов специализировалась на изучении оригинальных циферблатов и постепенно прогрессировала. Современные технологии действительно позволяли определять значимость того или иного индивида в ограниченном обществе. Впрочем, до полной расшифровки артефактов было не ближе, чем до изобретения вакцины от супервируса. Голем и карантинная зона «Хром» стали экспериментальными площадками с уникальной проработанной легендой бытия, а брошенные сироты времени вроде меня – подходящими кандидатами на роль подопытных.
Аппетит приходит во время еды. Судя по всему, вице-президент и по совместительству внук основателя уверовал в непогрешимость корпоративной философии «Прогноза»: будущее за обществом, живущем по циферблатам.
– Мы должны жить, как высокоразвитая цивилизация, – проповедовал он, – а не как дикари, случайно покорившие космос. Посмотрите вокруг. – Смит развёл руками. – Ни войн, ни беспричинной агрессии. Все живут мирно и в довольстве.
Разубеждать его я не пытался, будучи уверенным в тщетности начинания. Казалось, Смита уже не заботило то, ради чего начинался эксперимент – разгадка тайны исчезнувших расы прошлых хозяев Э-Системы. Возможно, он рос с верой в единственно верную модель мироустройства, другой вопрос – шла ли его вера в разрез с вышестоящими покровителями. А они, несомненно, существовали. Сам Смит проговорился – нарочно или нет, не важно, – что «Прогноз» был создан крупнейшей и многоуровневой корпорацией «Долгий рассвет» как сверхзасекреченный проект, о котором не знали многие и в самой корпорации.
Опасаясь информационной интоксикации, я решил перейти от общего к частному и спросил:
– Что вы сделали с Симоной? Вернули на карантин?
– Ну, конечно, – усмехнулся мистер Смит. – С её-то знаниями и устремлениями дать бой «Прогнозу»? Такие люди слишком опасны.
– Вы её убили?
– Нет. Мы предложили ей на выбор три варианта. Собственно, их же я могу предложить и вам. Вариант первый: активировать трёхчасовой циферблат, – вице-президент наглядно покрутил его в руках. – По сути, это самоубийство, ведь мы заранее предупреждаем о продолжительности жизни после активации. Вариант второй: стать нашим сотрудником. Причём, далеко не рядовым, а посвящённым во все тайны. У таких сотрудников нет права покидать Прогноз-Сити – закрытый город под землёй. Но они живут полноценной жизнью и даже путешествуют по Голему. Правда, виртуально. Но, поверьте мне, мистер Бёрн, виртуальность в наши дни ничем не хуже обычной реальности. Вообще, за киберпространством будущее.
Он замолчал.
– Всё это чушь собачья. Какой третий вариант?
– Заморозка, – прозвучал короткий ответ.
– Заморозка? – переспросил я. – Чего ради?