Горизонты полностью

— Пришло время нам уходить. Здесь мы больше ничего сделать не можем, Грейс, — произнёс он тихим и мягким голосом. — Мы сделали всё, что могли. Теперь это лишь вопрос времени, когда линия фронта достигнет Райских Кущ. Отец бы не хотел, чтобы мы здесь погибли.

Последовала невыносимо долгая пауза, а затем цокот копыт по мрамору.

— Ты куда собралась?! — встревожено выкрикнул Сплендид. — Грейс!

Затем я услышала едва различимый шёпот:

«Я буду той леди, какой хотел меня видеть отец. Я проявлю благородство, которое до сих пор всегда лишь изображала. Но Богини, как же мне страшно. До ужаса. Но я не могу сбежать. Я буду пони, какой и должна быть. Ради отца. Ради Общества. Ради моего народа».

— Прощай, брат. Убедись, что окружишь Шарм моей любовью, когда возьмёшь её с собой. Уверена, что Тенпони будет для неё отличным местом, чтобы восстановиться, — спокойно произнесла Грейс безо всякой вражды или горечи. — «Позаботься о ней, братишка».

— Грейс? Грейс! — Закричал Сплендид ей в след. Его голос становился всё тише и тише, заглушаясь звуками стрельбы. Дверь со скрипом отворилась и шум усилился многократно.

— Мэм? Что вы здесь делаете? — спросил жеребец с явным изумлением в голосе. — Я думал, что… ну… разве вы не должны…?

«Ты думал, что я собираюсь сбежать. Чтобы спасти свою шкуру. Бросив тебя… всех вас… потому что именно так поступают аристократы».

— Королева Блекджек избрала меня регентом Общества, — чопорно ответила Грейс. — С моей стороны было бы недостойным сбежать, пока за него идёт противостояние. Кто-то должен проявить выдержку и встать рядом с вами в этот трудный час. Теперь же, если вас не затруднит, сударь, не могли бы вы объяснить, как пользоваться сим инструментом? — Раздался выстрел и вскрик. — О, Богини! Вы в порядке? — встревожено ахнула пони.

— Лучше… не бывает… мэм… — просипел жеребец, сквозь стиснутые зубы. — Во-первых… пожалуйста, положите ружьё на землю… мэм… и передайте мне зелье, если вас не затруднит?

Шум сражения превратился в отдалённый гул, заглушаясь гудением двигателей трамвая. Я приоткрыла один глаз. На границе зрения мелькали пляшущие образы, но я постаралась сосредоточиться на Рампейдж, П-21 и Скотч Тейп возле двери. Голова кружилась и чувствовалась онемевшей, будто была завёрнута в несколько слоёв ткани.

Вагончик теперь полз мимо нагромождений лунного камня, возвышавшихся вдоль путей, словно колоссальные надгробия, нависшие над нами под немыслимыми углами. С одной стороны зиял огромный провал, где чистое белое сияние нарушалось тёмно-фиолетовыми и чёрными полосами. Впереди я едва могла разглядеть приплюснутое строение. Его верхняя терраса располагалась как раз на уровне края обрыва.

— Я могу сделать так, чтобы трамвай отвёз её обратно к терминалу и остался там. Она не может сражаться в таком состоянии, — объясняла отцу Скотч Тейп, тыча в меня копытом.

— Ещё чего. Погляди-ка на это, — невнятно проворчала я, поднимаясь на ноги. Все трое встревожено смотрели, как я встала, покачиваясь на месте. — Тадааа…

П-21 и Скотч бросились ко мне, чтобы не дать упасть.

— Богини… что ты с собой творишь, Блекджек?

— То же, что и всегда, — пробормотала я. — А сейчас, мне нужно идти пинать… задницы…

— Тебе нужно вернуться в ракету и позволить нам всё закончить, — запротестовал П-21.

— Нет, — внезапно угрюмо возразила Рампейдж. — Нам нужно доставить её в Астройстойло.

— О чём ты говоришь? — рявкнул П-21.

Рампейдж заглянула мне в глаза.

— Блекджек, ты чувствуешь онемение, слабость или паралич? Мушки перед глазами? Головная боль? — Я промычала что-то прохожее на «да», и Рампейдж оглянулась на остальных. — Я думаю, у неё кровоизлияние в мозг или что-то очень похожее.

— Излияние? П-21 умеет отлично изливаться, — хихикнула я, чувствуя себя немного пьяной, и повалилась на него, всё ещё роняя кровь из носа и уха.

Рампейдж сунула мне в рот бутылочку лечащего зелья, и я рефлекторно её высосала. Это немного приглушило боль, но мне всё ещё было нехорошо.

— Откуда ты об этом знаешь? — недоверчиво спросил жеребец.

— Шесть лет в мединституте и ещё два года ординатуры, — ответила Рампейдж, взглянув на меня. — Пусть моя специальность — психология, но когда я вижу серьёзные симптомы, я могу их узнать. Нам нужно немедленно доставить её в медотсек Стойла. Надеюсь, у них есть что-нибудь посущественнее, чем просто бинты.

— Доктор Октопус? — предположил П-21.

— Если в мисс Пепперминт не затесался другой специалист по медицине, то да, — сухо ответила она. — Для всех присутствующих это были несколько абсолютно паршивых дней.

— Вы были в курсе всего, что происходит? — осторожно поинтересовалась Скотч Тейп.