Других пользователей с таким именем в «Инстаграме» нет. Он жмет на ее профиль, радуясь, что он незакрытый. Аватар – селфи, на мрачном лице ни тени улыбки. Губы темно-сливовые, на голове пышное афро. Глаза густо подведены черным.
Доминик просматривает ее публикации и среди постов о полезных свойствах чая замечает собственную фотографию. Он выступает со сцены на митинге, который прошел две недели назад. С микрофоном в руке Доминик обращается к собравшимся. На нем рубашка оттенка «каролинский синий» и белый галстук. Рубашку выбирала Джолин. Если снимку две недели, значит Иден следит за Домиником уже некоторое время.
Фото его неприятно поразило, но подпись еще хуже: ЭТОТ ЧЕЛОВЕК – ОБМАНЩИК.
– Что? – возмущается Доминик.
Он просматривает страницу Иден, но других своих фотографий не обнаруживает. Раccерженный, Доминик выходит из приложения и роняет телефон на стол.
Кем она себя возомнила? Кто бы говорил про обман! Эта женщина втюхивает людям чаи, изображая колдунью вуду. Все, во что она верит, – полная чушь.
Закатив глаза, Доминик сжимает стакан и глотает бурбон. Потом переводит взгляд на барную стойку. Его внимание привлекает женщина в обтягивающем бордовом платье. Облокотившись на стойку, незнакомка что-то говорит бармену. Разглядывая ее бедра, Доминик чувствует, как его мужское достоинство пробуждается к жизни. Пока женщина ищет свой столик, Доминик не спеша смакует алкоголь. Наконец она садится на место, и их взгляды встречаются. На губах женщины играет улыбка. Доминик со вздохом отводит глаза. Он дал себе зарок: больше никаких походов налево. Проблемы ему не нужны. Доминик и в нынешние-то неприятности угодил из-за женщины.
Допив бурбон, он берет айпад, оставляет на столе чаевые и выходит из бара. Идет к автомобилю и замечает, что под дворником что-то застряло. Присмотревшись, Доминик видит, что это колышущийся на ветру белый бумажный листок. Через пару шагов можно различить, что с обратной стороны бумаги просвечивают жирные черные буквы. У Доминика перехватывает дыхание. Выдернув записку из-под дворника, он окидывает взглядом парковку. У входа в «Фокстрот» стоят и курят двое мужчин. Они смотрят на Доминика в ответ. Вдруг один курильщик оживляется и машет рукой – видимо, узнал губернатора. Кивнув обоим, Доминик торопливо забирается в салон.
Некоторое время он сидит за рулем, теребя записку дрожащими пальцами. Докурив сигареты, мужчины возвращаются в клуб. Когда они скрываются за дверью, Доминик опускает голову и наконец отваживается развернуть записку. От этого послания у него пересыхает в горле.
ЗАГЛЯНИ В БАГАЖНИК, БЕЙКЕР.
– Черт!
С судорожным вздохом Доминик комкает бумажку и кладет ее в подстаканник. Он едва осмеливается посмотреть в зеркало заднего вида, словно боится, что в машине кто-то притаился, но видит лишь кожаные сиденья и полоску оранжево-золотистого света от фонаря.
Он выходит из машины и осторожно приближается к багажнику. Заглянув внутрь, видит серую спортивную сумку и клюшки для гольфа, но не только. В багажнике лежит предмет, которому здесь не мес то. Доминик его сюда не клал, более того, он в первый раз его видит.
Перед ним маленький черный пакет из продуктового магазина, ручки завязаны свободным узлом. Доминик поднимает голову, высматривая человека, подложившего в багажник пакет. Как он вообще умудрился это сделать? Машина была закрыта.
Вытерев ладони о рубашку, Доминик тянется к пакету и развязывает его. Вот он открывает пакет, и шорох пластика сливается у него в ушах с громким стуком собственного сердца. В следующую секунду он закрывает рот рукой, пытаясь сдержать крик.
В пакете мертвая окровавленная ворона. Немигающие глаза-бусины устремлены на Доминика, и в них он видит свое бледное, как призрак, отражение. Доминику хочется на веки вечные провалиться сквозь землю, но вовсе не из-за птицы.
К вороньим перьям прикреплена фотография. Он подносит к глазам запачканный кровью снимок. Это Бринн в лаунж-баре «Галвестон». А позади нее стоит он сам, его лицо отчетливо видно. Он повернулся в сторону, будто с кем-то разговаривает, однако узнаваем безошибочно.
Трясущимися руками Доминик переворачивает фотографию. На обратной стороне тем же черным маркером выведено:
Доминика нет дома, мой муж просиживает штаны в «Фокстроте». Как я об этом узнала? Около полутора месяцев назад, пока он спал, я включила у него на телефоне передачу геоданных. Поэтому мне точно известно, где Доминик. Увидев, что он в клубе, я еле удержалась, чтобы не поехать туда и не устроить грандиозный скандал с требованием объяснить, откуда взялись офшоры.
Но на такое мне духу не хватило. После маминого визита я проверила все свои счета в «Тру ойл» и позвонила Аните. Та подтвердила, что часть акций действительно продана. Анита сообщила названия банков, куда перечислены деньги от продажи, но оказалось, что доступ к счетам можно получить только при личном присутствии.
