Тяга к продолжению реформ в нашей стране не ослабла и даже усилилась. А может быть, действительно надо лишь потерпеть еще лет десять, и все будет хорошо?
Но что такое это «хорошо»? Что должно получиться в результате реформ, если они увенчаются в конце концов успехом?
Вроде бы общепринято, что цель реформ — «эффективная» экономика. Предполагается, что достаточно лишь создать необходимые условия — и заработает «невидимая рука рынка». Российская экономика станет конкурентоспособной и инвестиционно привлекательной. То есть реформы не экономику реформируют, а создают эти самые условия, перечень которых нет смысла приводить, он достаточно известен.
Не будем обсуждать методы и моральные аспекты «политики реформ». Не будем говорить и о высокой цене, уже уплаченной за эту политику. Не будем также дискутировать на тему, действительно ли мы хотим разорить в конкурентной борьбе всех производителей и работать за весь мир и так ли уж будет хорошо, если японцы будут пользоваться российскими компьютерами, а американцы — летать на российских самолетах.
Предполагается, что основной конкретной причиной неконкурентоспособности российских товаров (а значит, и экономики в целом) является их низкое качество. Считается также, что основным лекарством против этого являются иностранные инвестиции. Примем пока эти положения на веру, хотя кое–какие пояснения сделать надо.
Достаточно ли нам лишь поднять качество российских товаров, чтобы они стали конкурентоспособными?
На самом деле качество и конкурентоспособность — это совершенно разные вещи. И производитель «роллс–ройсов» однажды обанкротился, а эту машину некачественной еще никто не называл. Никто из пользователей ЭВМ не признает компьютеры «Эппл» менее качественными, чем компьютеры «Ай–би–эм», но результат конкурентной борьбы между этими производителями известен.
То есть вполне возможна ситуация, когда мы не сможем добиться конкурентоспособности на мировом рынке, даже если каждое российское изделие будет лучше качеством, чем изделия других производителей. Нужно что–то еще.
Критерий конкурентоспособности на самом деле один —
И низкокачественный товар может быть конкурентоспособен, а может и не быть. То же касается и превосходного товара, с высокими потребительскими качествами — и его могут снять с производства из–за неокупаемости, иначе его производитель может погибнуть в конкурентной борьбе. И даже если товар уникален, если у него нет конкурентов — все равно его производитель конкурирует со всей промышленностью по критерию «выручка — издержки».
Вся современная конкуренция построена на соотношении издержек и выручки. Чем выручка выше, тем производство эффективней. Это первое замечание.
Второе. Предполагается, что экономике, для того чтобы она стала эффективной, не хватает только западных инвестиций. Но ведь инвестиции требуются
А теперь уточним, что же такое инвестиции.
Инвестиции — это «долгосрочные вложения капитала в отрасли промышленности». Ни долги, ни кредиты не являются инвестициями. Главное отличие инвестиций от дачи денег в долг состоит в том, что
Это приходится подчеркивать, потому что заинтересованные лица у нас упорно путают займы и инвестиции. Займы надо отдавать нам, и рискуем мы (мы — это российские граждане). И вернуть займы с процентами мы обязаны в любом случае, независимо от судьбы инвестиционного проекта.
И прежде чем осуществить инвестиции в производство, инвестор, естественно, оценивает ситуацию: удастся ему вернуть вложения с прибылью или нет — и на основании такой оценки принимает решение.
Все вышесказанное надо иметь в виду, пока же мы вернемся к обсуждению общепринятой модели реформирования. Что случится, когда условия для деловой активности на нашей территории будут в точности соответствовать мировым стандартам? Оказывается, в этом случае
Трудно поверить столь категоричному утверждению, а тем не менее оно верно, по крайней мере соответствует практике. Это утверждение является следствием из так называемой
