Ромен Роллан писал: «…Я простер свои корни под самой Европой, чтобы приобщиться к плодотворным пластам русского народа, к огромной жизни, проснувшейся в глубинах СССР, и в конце этой подземной работы мои корни встретились с корнями Горького. И там они братски переплелись. И теперь, как товарищи с одного и другого конца Европы, мы смешаем и нашу кровь».
Творческое содружество двух великих писателей продолжалось двадцать лет, со времени первого письма Горького с просьбой написать для детей биографию Бетховена. Но еще до этого Роллан вспоминал свои первые впечатления о Горьком. «Младший по возрасту, — писал Роллан, — он уже тогда казался мне старшим, потому что слава его уже сияла на Западе, когда я только начал писать. Где-то я уже рассказывал, что его портрет, на котором он снят вместе с Толстым в Ясной Поляне, он один только украшал нашу маленькую редакционную комнату… Эти изображения были защитниками нашей независимости и правды»{173}.
Роллан говорит, что часть «Жана Кристофа» была написана под их дружеским взглядом. Это было действительно так.
«Очарованная душа», особенно в последних томах, носит явные признаки влияния Горького, с его широкими общественными проблемами, с его критикой буржуазной культуры, с его пафосом негодования, с его поисками народного творчества, с его действенным, революционным гуманизмом. Весь социально-философский замысел «Очарованной души» тесно связан с тем кругом идей, который не раз был примером обсуждения двух друзей, иногда «молчаливого обсуждения», а также являлся темой горьковских произведений.
В 1935 году Ромен Роллан приезжал в СССР и пробыл несколько недель в гостях у своего товарища и друга Горького. Роллан хотел выучиться русскому языку, чтобы непосредственно беседовать с Горьким.
Влияние Горького особенно ясно видно на Ромене Роллане.
«Я лишь один из миллионов, — писал Роллан, — для которых смерть Горького — величайшая потеря человечества со времени смерти Ленина».
Горький простер крылья своего влияния не только на Запад, но и на Восток. В Китае крупнейший писатель Лу Синь назван в народе «китайским Горьким».
Лу Синь — новатор, порвавший со старыми традициями и открывший дорогу реалистическому и народному искусству. От Горького у Лу Синя стремление к простоте и прямая связь с фольклором, пословицей, с народной речью.
А с победой революции и с образованием народной республики Китай выдвинул Горького как первого и самого любимого своего писателя. Несметно увеличились тиражи изданий и переводы Горького, а сам он стал всенародным великим наставником и учителем.
…10 июня 1951 года в Москве, на площади Белорусского вокзала, на том месте, где в 1928 году толпы ликующего народа встречали писателя, вернувшегося из-за границы, состоялось торжественное открытие памятника великому русскому писателю Максиму Горькому.
До поздней ночи шло население столицы к памятнику с приношением цветов к его подножию. Скоро у памятника поднялась высокая гора цветов.
В этом шествии, которое происходило в глубоком молчании, нашла свое новое выражение всенародная любовь к гениальному русскому писателю, великому сыну великого народа, неутомимому борцу за мир, за торжество коммунизма.
Годы не отдалили от нас Горького и не отдалят, сколько бы их ни прошло. Он и сейчас сражается с нами против всех, кто пытается ввергнуть мир в новую войну, он и сейчас борется в рядах строителей коммунизма за конечную победу Коммунистической партии.
