– Вовсе не обязательно, – возразила Галина Александровна. – Город огромный. Если вы школьница, то большинство ваших подружек живет в том же районе, что и вы, а гуляете с кавалером вы в другой части столицы, и расстояние измеряется десятками километров. Если же вы студентка, то ваши соученицы разбросаны по всему городу, и вам может не повезти: рядом никто из них не проживает. До дома далеко, до подружек тоже. Что будете делать?
– Не знаю…
– Спасибо. Наталья, слушаю ваш вариант.
Наташу зазнобило от страха. Маринка, такая умная, всегда знающая, как правильно думать и поступать, всегда руководящая Наташей, признала свое поражение. Кроме того, она совершила ошибку, придумав решение, рассчитанное на поселок, в котором обе они выросли: там действительно до каждой одноклассницы можно было добежать максимум минут за пять. А речь-то о Москве… «Ну как же Маринка могла забыть об этом?! – в отчаянии думала Наташа. – Ведь Галина Александровна предупреждала, чтобы мы всё запоминали и не вынуждали ее тратить время на повторение». Но если уж Маринка не смогла дать удачный ответ и заслужить одобрение своего куратора, то Наташа и подавно будет выглядеть совсем глупой. Правильно Маринка всегда говорила: неприспособленная она. И ногам неудобно – просто ужас! Вчера она надела теннисные тапочки, понимала, что смотрится в них уродливо, но зато день прошел вполне терпимо. А сегодня ей хотелось выглядеть поприличнее, Наташа надела туфли, и ее ноги в этих «испанских сапогах» уже несколько часов стонут и плачут. Она то и дело тайком снимает их под столом, но как только Галина Александровна завершает разговор с очередным испытуемым и наступает очередь следующего, Наташа быстро всовывает ноги в туфли: а вдруг вызовут именно ее и заставят встать? Пока еще никто не вставал, все отвечали с места, но мало ли… Очень больно, но, наверное, надо терпеть… Терпеть…
– Я терпела бы, сколько смогла. Не знаю… Но сказать мальчику, что я хочу в туалет, я бы точно не смогла. Я бы умерла от стыда, если бы пришлось сказать.
– У вас всё?
Наташа поежилась под пристальным взглядом девушек. Господи, какой позор! Да, и Оксана, и Маринка не предложили ничего дельного, но у них была масса вариантов, они так много говорили, а ей и сказать больше нечего. Не возьмут ее на основное мероприятие, кому нужны такие недотепы, как Наташа?
– Да, всё. Я не знаю, что еще сказать.
А Галина Александровна смотрит вовсе не презрительно, как Наташа ожидала, а скорее мягко и сочувственно. И, пожалуй, даже одобрительно. Или это ей только кажется с перепугу?
– Спасибо. Елена, слушаем вас.
Менеджер по продажам неожиданно вскочила со своего места, хотя все отвечали сидя, никого не просили вставать.
– Я не понимаю, что здесь происходит! Все несут какой-то бред! И вопросы задают бредовые! Горького заставили читать не пойми для чего, с какой-то ерундой прицепились про птичий грех, теперь вот с туалетами… Я не понимаю, что все это означает и для чего нужны эти ваши издевательства, но я не намерена больше участвовать в этом балагане! Оставайтесь тут и рассуждайте дальше, куда пойти справить нужду, а меня увольте. Я ухожу!
Наташа в испуге посмотрела на Галину Александровну, ожидая резкого ответа, но профессор оставалась по-прежнему невозмутимой, даже голос не повысила.
– Прекрасно. Марина, поскольку вы сидите ближе всех к двери, я попрошу вас выйти в коридор и пригласить сюда Юрия.
Маринка, обескураженная недавней неудачей, послушно выскользнула за дверь и через секунду вернулась вместе с завхозом.
– Юрий, посмотрите, пожалуйста, билеты: когда уезжает Елена?
Завхоз раскрыл папку, которую держал в руках.
– Елена… Елена – вот, вылет завтра в семнадцать часов тридцать пять минут.
– Прекрасно. Вы могли бы отвезти ее в город? Прямо сейчас.
– Как – сейчас? – взвизгнула девушка. – До самолета больше суток. Что я буду делать в городе?
Галина Александровна смотрела на нее с интересом.
– Здесь находятся только те, кто готов соблюдать правила, – спокойно пояснила профессор. – Тот, кто правила соблюдать не намерен, может считать себя свободным. Дверь на выход открыта для любого и в любой момент, мы никого силком не удерживаем. Пожалуйста, Юрий, будьте так любезны, отвезите девушку в город и отдайте ей билет.
– Да, конечно, – кивнул завхоз.
По его лицу было видно, что он изрядно удивлен.
– А где мне ночевать? – капризно спросила Елена.
– С этой минуты наш режим на вас не распространяется. Вы вольны принимать любые решения, актуальные в текущей действительности. Отели, мотели, хостелы, апартаменты – выбирайте сами.
– И вы все оплатите?
– Вот уж нет. – Наконец-то профессор позволила себе усмехнуться, и от этой усмешки Наташе почему-то стало жутко. – Оплачивается только пребывание участника в период соблюдения правил. Если участник отказывается выполнять правила, он автоматически возвращается к своей обычной жизни. Дорогу мы вам оплатили, а все остальное за ваш счет.
– А я хочу остаться здесь до завтра, – вдруг заявила девушка. – Мы так договаривались, и вы обещали, что проживание и питание будут бесплатными.
