Проговорив с Павлом еще некоторое время, узнав обо всех новостях, я направилась на кухню и перелила в термос суп, пока не остыл. Никак не могу уложить в голове очередную щедрость дяди. Вот сколько раз он так делал, и все равно не могу спокойно принять его подарки. Правильно Марго сказала, совестливая я. Подарки слишком щедрые.
Положив термос в рюкзак, прихватив кое — что из еды и к чаю, я переоделась в футболку с джинсами. Осматривая свою щеку в зеркале, была рада, что покраснение спало, остались только следы царапин. Выкатив с лоджии своего верного двухколесного друга, отправилась на улицу.
Приближаясь ближе к повороту к автосервисам, я как могла себя готовила морально к предстоящей встрече с Сашей. Мелкая дрожь начинала пробирать мое тело, ладони потели, отчего постоянно вытирала их о джинсы. Отнесу термос, поздороваюсь с Ромой и уеду. Чего так нервничать? Но я так боялась, что, когда увижу Сашу, вся моя храбрость и стойкость пойдут камнем ко дну. Мое сердце давно уже оттаяло.
Притормозив возле сервиса, я слезла с велосипеда. Ворота открыты настежь, и оттуда доносилась веселая музыка. Завезла велосипед прямо внутрь здания, не стала оставлять на улице. Стянув с плеч рюкзак, я обняла его спереди, не решаясь пройти вперед. Рому заметила, сидящим за столом, а Саша спрятался под капотом легковой машины. Усмиряя свою нервозность, я несмело пошла к Роме, обходя стороной иномарку старой модели, которую ремонтировал Саша. Не удержавшись, покосилась на него. Было дикое желание броситься ему на шею, унять невыносимую тоску, прижаться к его сильному телу и пожаловаться на злодея, посмевшего жутко испугать меня. Саша выпрямился, и я резко отвела глаза.
— Какие люди к нам пожаловали! — услышала я Ромин голос. От его нескрываемой радости, я застенчиво улыбнулась. — Привет, Маруся! Присаживайся!
Рома развернулся на стуле ко мне. Его губа приобрела фиолетовый оттенок, отек немного сошел.
— Привет, Ром! — села на диван и поставила на колени свою поклажу. Тут же почувствовав на себе пристальный взгляд, я исподлобья посмотрела на впереди стоящую машину, но Саша уже отвернулся.
— Решила навестить работяг? Все ли у нас тихо — мирно? — Рома бросил взгляд на Сашу, но вряд ли тот что — то расслышал под грохотом музыки. — Что у тебя с лицом?
— Да так, — махнула я рукой. — Не парься. Я же кое — что обещала, вот и приехала.
И, открыв рюкзак, вытащила из него все, что прихватила с собой для них.
— Маруся! — не веря произнес Рома, откручивая крышку термоса. — О, супчик! Как вкусно пахнет!
От его мальчишеского поведения, я засмеялась. Его искренняя радость умиляла. Еще никто так не был счастлив от простого супа.
— Доставай тарелки, работяга, а то твои слюни сейчас потекут прямо в термос.
— Конечно! — Рома загремел посудой, доставая из ящика. — Ради такого аппетитного обеда готов на все!
— Прямо на все? — снова посмеялась я. Рома поднимал настроение.
— Проси, что хочешь женщина! — и тут же пригнул голову, с опаской посмотрев на Сашу, который не обращал на нас внимание. — У него в заднице не горит красная кнопка? Посмотри.
Я повернулась к Саше, с интересом рассматривая его задницу, которую он предоставил для лучшего обзора, когда наклонился ниже.
— Снова твои приколы, шутник? — посмотрела на Рому, глумившегося над позой Саши после своих слов.
— Ха — ха — ха, — Рома прикрыл рот рукой. — Сейчас точно доржусь. Санек в прескверном настроении, такой злой дядька. Ух! Страшно лишнего слова сказать.
— Не провоцируй его, Рома, — мое веселье снова сменялось грустью. — А то опять разбесится. Мы поссорились.
— В курсе, — Рома наблюдал, как я разливала суп по тарелкам, надеясь, что Саша тоже не откажется. — Сто пудов косяк его. Этот пенек по — другому не может. Мозги с утра ему вправляю, но тот пока ни в какую.
— Ну и отстань от него. Остынет.
— О, Маруся, походу сегодня у него были кошмары. Полночи гремел чем — то в квартире, я сам не выспался.
— Не я начала, — настроение снова портилось. — Не приставай к нему, ладно? Не хочу, чтобы тебе еще раз досталось.
— Пусть попробует! Больше терпеть не стану. Переживаешь? — довольно улыбнулся Рома, вдыхая пар, исходящий от бульона.
— Конечно, переживаю. Будешь зелень? — достала в пакете пучок укропа.
— Ага. Маруся, давай быстрее уже! Мой желудок скоро прилипнет к позвоночнику.
— Погоди, две минуты, — улыбнулась я. — Ром, слушай … извини, но … я скорей всего не попаду к тебе на день рождения.
С сожалением посмотрела на Рому, который от моих слов перестал суетиться.
— Почему? — серьезно спросил он.
— Мы с Сашей не разговариваем. Зачем тебе портить хороший праздник? Никакой разницы нет в том, что меня не будет, — усердно нарезала хлеб под внимательным взглядом Ромы. Ему неприятны мои слова.
— Маруся, ты меня убила! — откинулся на спинку стула. — Все, я обиделся! Бойкот! Не буду есть.
— Что? — опешила я. — Для кого я, блин, старалась?
— Потому что ты решила забить на меня.
— Рома, что ну что за чушь? — расстраивалась я.
