— Издеваться? — прошипел он мне в лицо. Его глаза источали злобу. — Это ты всю душу мне вывернула, предательски поступив со мной. Придушить тебя хочу вот этими руками. Я же предупреждал. Любой косяк с твоей стороны, и будешь горько жалеть потом.
— Мне нельзя было рассказывать. Ну, пойми меня, умоляю!
— И не собираюсь. Ты обязана была, а не смотреть, как моя сестра унижается.
— Я сама пыталась достать денег. Помочь ей.
— Да что ты? Какая ты героиня! Две глупые утки решили все сделать за меня. Сука, даже не мужиком себя ощущаю.
— Не говори ерунды, — всхлипнула я. — Я понимаю, тебе трудно все сейчас уложить в голове, но Марго слишком тебя любит, поэтому так и поступила. Она очень боялась, что ты ее не простишь.
— И правильно делала. Я и не прощу, — сыронизировал он. — Пусть живет как хочет.
— А я? — с затравленным взглядом смотрела на него. — Что … будет с нами?
— С нами? Ничего, — Саша прожигал меня взглядом. — Никаких нас. Я сам по себе.
— Я не хочу. — снова заплакала я. — Без тебя не хочу. Прости меня, Сашенька. Прости.
— Так надеялся, что ты исключение. Радовался, как ребенок, и никак не мог до конца поверить, что ты есть у меня, — Саша провел пальцем по моим губам. — Но ты меня разочаровала. Заставила полюбить себя и, сука, предала. Фальшивая подделка. А что было дальше, если бы женился на тебе? Родили детей? А? Тоже бы начала хвостом вертеть перед мужиками? Да?
— Ты что? Саша?
— Начала бы? — бесился он.
— Нет, — завыла я.
— Нет? Или да? — заорал он, сжимая ладонью мой затылок.
— Нет, — еще громче завыла.
— Ненавижу! — проскрежетал он в гневе и грубо впился мне в губы.
Всплеск эмоций! Взрыв! Никакой нежности. Только отчаяние, обида, грубость и страсть. Он больно сминал мне губы, жестко овладевая ими, а я не противилась, отвечая ему взаимностью. Так люблю его. Так хочу. Сквозь пелену слез целовала его неистово, наслаждаясь родным вкусом и запахом. Саша больно сжал мне грудь, и я простонала.
— Любимый… — застонала я.
— Замолчи! — с грубостью проревел он, отпуская меня. — Не хочу больше тебя слушать!
— Не уходи, пожалуйста! — вскочила следом за ним.
— Иди и взгляни на себя в зеркало, несчастная овечка. Прекращай изображать невинность. Я устал от твоего скулежа, — рявкнул Саша.
— Не отпущу! — вцепилась в его руку.
— Отвянь! — пригрозил он.
— Не хочу, — ревела я.
— Отпусти, я сказал!
— Не бросай меня! — крикнула я.
— Да отвали ты! — Саша выдернул руку и толкнул меня. Не удержавшись на ногах, упала на пол.
Звук входной двери поверг меня в истерику. Звук Сашиного исчезновения из моей жизни. Как мне теперь жить? Как жить дальше без него? Свернувшись калачиком на полу, неожиданно почувствовала холод во всем теле. Мое сердце болело, а душа металась в груди. Мой протяжный, громкий рев раздавался во всей квартире. Я орала, рыдала, хрипела. Кусала себе ладони, губы, припухшие от поцелуя, драла волосы. Но ничто не помогало унять пустоту, нараставшую в грудной клетке. Ничто не спасало меня от Сашиной ненависти ко мне. Я сейчас умру.
— Ты зальешь мне соседей. Иди к себе и рыдай там.
— Марго… — громко всхлипнула, утыкаясь носом в коленки. — Он … бросил меня. Бросил.
— Да ну? Поздравляю! — съязвила Марго. — Ты хотела правды? Ты ее получила. Кого ты теперь винишь?
— Почему ты такая? — разозлилась я, вставая с пола. — Почему продолжаешь давить на меня? Я сдохну сейчас. И это все ты! Ты со своей трусостью.
— Я? Нет, дорогуша. Это ты со своим вездесущим носом. Теперь пожинай плоды. Я не рассказала ему про наши встречи со Стасом, про отца, про тебя. Иначе, Саша убил бы его. Только про деньги. Посмей ему только ляпнуть про папу!
— Я уже ничего не ляпну, — судорожно вздохнула я, растирая свои руки от непонятного озноба. — Он ненавидит меня за то, что скрыла о тебе. Я не могу это принять. Мне очень плохо. Очень!
— Об этом я тебе постоянно говорила. Но ты решила сделать по — своему. Так что, можешь аплодировать себе.
— Ничего же не произошло, Марго! Он все равно простит тебя.
— Мне уже все равно.
— И что ты будешь делать?
— А это тебя не касается. Мы вообще с тобой в последний раз разговариваем. Ничего не хочу иметь с тобой общего. Ты показала себя.
— У меня не было выбора, — измученным голосом ответила я.
— У тебя никакого не было выбора, дура ты! — сверкнула она глазами.
— Мне больно, что ты отказываешься от нашей дружбы. Саша … еще и ты.
— Ну какая там дружба, Маша? Я в таком состоянии находилась. Конечно, я не против была поддержки. А ты как раз подвернулась.
— По — моему, моя лапша с ушей падает. Не заметно?
— Смешно, — фыркнула Марго.
— Я тебе не верю. Такие вещи чужим людям не рассказывают. Не стала бы просто так говорить. Даже Лариса ничего не знает. А с ней ты больше общаешься.
— Так! — Марго вышла из комнаты. — Уходи давай! Оставь меня! И больше не появляйся здесь!
— Не делай поспешный решений, — просила ее.
— Я решила. Уходи!
Марго смотрела на стену, скрестив руки на груди, и ждала моего ухода. Несколько минут я потопталась на месте, пытаясь взять себя в руки, и нетвердым шагом поплелась к выходу. Взяв свои вещи, взялась за ручку двери.
